Шрифт:
И всё же никто не выходил из круга. Они продолжали удерживать печати, созданные Клариссой.
Ближайший ко мне старейшина попытался выпрямиться. Руки дрогнули, но он всё-таки поднял голову. Его голос прозвучал низко и хрипло:
— Ещё, королева… Мы выдержим больше…
Саша не стала спорить, хоть на её лице и отразилась боль.
Золотое свечение в её глазах усилилось, и через зал прошёл новый поток, многократно превосходивший прежний. Печати вспыхнули, старейшины напряглись ещё сильнее, а я почувствовал, как далеко отсюда отзывается моё настоящее тело.
Вместе с миром-кораблём.
Взгляд зацепился за экраны в воздухе. Там, с другой стороны, стояли отряды Этараксийцев. Очень много отрядов.
Даже отсюда, находясь на Сафтире только лишь образом, я ощутил, как в каждой из этих точек на планете собирается невероятная энергетическая мощь, которая давила на округу, придавливая траву и землю.
Сотни скоплений, каждое из которых продолжало расти, стягивая к себе всё больше энергии.
Они готовятся к бою, это понятно. Вот только… Даже с учётом возможностей прохода Сафтиры — они не не смогут пройти на Землю. Тогда для чего…?
Кларисса едва заметно улыбнулась, говоря:
— Ну что, начнём?
— Да, — ответила Саша. — И… Спасибо, что ты здесь.
— Брось, подруга, — снова улыбнулась Кларисса. — Одно дело делаем и за одного дурака-императора сражаемся.
Обе девушки одновременно закрыли глаза, и энергетический потенциал вокруг на мгновение рассеялся, давая возможность старикам вдохнуть, а затем энергия взорвалась, откидывая всех старейшин прочь, к стенам.
В энергетическом плане энергия разлетелась во все стороны и устремилась к планете.
Я замер. Перед одним из отрядов воздух прорезала золотая трещина.
Почти сразу такая же появилась на другом изображении. Затем ещё на одном, и вскоре неровные разрывы возникали уже по всей развёрнутой передо мной картине.
Они…
Земля, флот:
Таня тоже услышала треск.
Пальцы остановились над голограммой, а по спине прошёл холод. Девушка медленно подняла голову, прислушиваясь, и почувствовала, как возвращается страх, который с таким трудом удавалось удерживать всё это время.
Это не может оказаться чем-то незначительным… Не после всего, что уже произошло…
Она повернулась к приборам, заговорив напряжённо:
— Что происходит?
Один из координаторов смотрел на свой экран. Его губы дрогнули, а перед ответом пришлось судорожно вдохнуть.
— Г-госпожа… Разломы…
Таня резко выпрямилась в кресле. На общей карте уже загорались новые отметки.
Они появлялись в разных частях мира, и почти сразу один из линкоров передал изображение с внешней камеры. Таня раскрыла его на основном экране, а стоявшие рядом офицеры замерли.
Прямо в пространстве Земли разрастался громадный золотистый разрыв.
Но внутри не виднелось привычной воронки. За ним тянулась зелёная трава, освещённая дневным светом, спокойная и настолько чуждая пылающим улицам по эту сторону, что первые мгновения изображение казалось ошибкой…
Таня всматривалась в золотые края, пытаясь понять, что именно перед ней, когда от другого пульта раздался растерянный голос:
— Госпожа… У нас что-то странное…
Девушка сразу повернулась туда.
— Что?
Изображение сменилось.
По изрытой местности к городу двигались твари. Их поток тянулся от нескольких разломов, постепенно сливаясь в одну массу, но теперь часть потоков тварей начала останавливаться.
Они замирали, поднимали головы, принюхивались, поворачивались в сторону. Следующие налетали на замерших, толкались, огрызались, а затем тоже замирали, уловив что-то неизвестное.
Через несколько мгновений направление движения части стаи вдруг изменилось. Твари, развернувшись, бросились к золотому разрыву.
Огромным скоплением, давя и кусая друг друга, срываясь на рёв и пытаясь первыми добраться до открывшегося прохода, неслись вперёд, пока очередной город оставался у них за спиной.
Таня медленно наклонилась к экрану, не замечая, как сильно сжала подлокотник.
Перед золотыми краями поток уплотнился, а затем… Чудовища начали врываться внутрь. Чёрная, пятнистая, покрытая панцирями и шипами лавина исчезала в другом мире, продолжая напирать на передние ряды.
Такое скопление могло смести целую линию обороны, но здесь оно уходило само…