Шрифт:
Я лежал и понимал, что выгляжу сейчас максимально идиотски. С задранной футболкой, с чужой рукой на животе, с дедом, который ухмыляется как маньяк. Наверное, это самое неловкое, что было со мной за последние дни.
— Я… помешала? — медленно произнесла Марина.
Голос звучал подозрительно. Очень подозрительно.
Ольга моргнула. Только сейчас до нее дошло, как это выглядит со стороны. Она резко убрала руку и выпрямилась, посмотрев на Марину.
— Проверяла на наличие магии воды, — пояснила она спокойно.
— Да-да, — поддакнул дед. — Медицинская процедура. Очень важная.
Я дернул футболку вниз, закрывая живот.
Марина продолжала стоять в дверях. Она переводила взгляд с Ольги на меня. Потом обратно. Ее пальцы сжали ручку двери так, что побелели костяшки.
— Магию воды, — повторила она. — Конечно.
Тон был холодным.
Ольга поднялась с кровати, поправила юбку, еще раз посмотрела на Марину.
— Да, — сказала она. — У тебя есть вопросы?
Марина молчала, и потом медленно вошла в палату и закрыла за собой дверь. Ее взгляд скользнул по Свиридовой, задержался на мне, потом вернулся к ней.
— Нет, — сказала она. — Никаких вопросов.
Но тон говорил об обратном.
Я лежал и понимал, что сейчас начнется что-то очень неприятное.
— Сегодня еще куда–то, господин? — спросил водитель, притормозив у крыльца большого особняка.
— Нет, на сегодня все, — бросил Эдуард и вышел из машины.
Парень сунул руки в карманы, прошел по крыльцу и кивнул дворецкому, что открыл перед ним дверь.
— Изволите ужинать, господин? — спросил мужчина с тонкими усиками под носом и совершенно невозмутимым видом.
— Позже, со всеми, — буркнул Эдуард и направился в большую просторную гостиную. Пройдя с краю, за колоннами, он направился к лестнице, совершенно не заметив отца, который сидел на диванчике, перед журнальным столиком и смотрел в документы.
— Эдик! — раздался его голос, заставивший парня вздрогнуть.
— Да, пап! Прости, я не заметил и…
— Присядь, — кивнул он на мягкое кресло напротив.
Парень кивнул, подошел к отцу и уселся.
— Что–то случилось? — осторожно спросил он.
— Что с Морозовым младшим? — спросил он коротко и поднял взгляд на отпрыска.
— Нормально, — кивнул Эдуард. — Я его в департаменте выловил. Так, прижал немного, припугнул.
— Реакция?
— Обоссался со страху, — хмыкнул парень.
— В прямом смысле?
— Нет, ну… просто дрожал, глазки бегали, — смутился Эдуард.
— Рукоприкладство?
— Не, пап, это же департамент, — тут же нахмурился сынок. — Мне одного раза хватило, чего я дурень чтобы…
— Значит просто словесные угрозы, — кивнул мужчина и покосился на документы перед собой.
— Пап, если надо я подкараулю, но он до департамента на машине, а больше никуда и не выбирается. Он же к поступлению готовится, если есть время я с ним в университете поговорю.
— Слишком долго, — буркнул мужчина, пару секунд помолчал и снова поднял взгляд на младшего сына. — Кто–то видел вас? Свидетели?
— Нет, но… — тут Эдуард нахмурился и умолк.
— Говори.
— В общем, там какой–то простолюдин нарисовался. Нарывался, с виду даже к драке готов был.
— А ты?
— Я спокойно ушел, — произнес парень. — В департаменте драку устраивать — последнее дело.
— Хорошо. Что за простолюдин? — мужчина откинулся на спинку кресла и задумчиво уставился на парня.
— Хрусталев Иван. Помнишь тут скандал был на счет того, что спортсмен с даром выступал? Ну, вот это он и есть. Поздний дар. Так, мелочь. Он сейчас с малолетками в группе. Слышал, что вроде как его к экзамену на дар допустят.
Константин Казанцев хмыкнул, покачал головой и спросил:
— Ты обычно простолюдинами не интересуешься. С чего такой к нему интерес?
— Ну, так… Борзой просто. Хотел его проучить, но на всякий случай сначала провентилировал, что за человек… — произнес Эдик.
Отец тяжело вздохнул и приподнял одну бровь. Парень тут же сдулся, опустил взгляд и принялся разглядывать ногти.
— Рассказывай!
— Ну, я… к Свиридовой с цветами подходил. Деньги помнишь я просил?
— Да.
— Колье на них взял. С цветами к ней подошел, а она нос воротит.
— Причем тут простолюдин?
— Она выйти тогда не успела, а к ней этот ушлый прилип. До машины проводил, вроде бы.