Шрифт:
— Почему?
Она моргнула, и тень раздражения промелькнула в темных озерах глаз.
— Простите, я не поняла вашего вопроса. Потому, что храмы издревле были хранителями сокровищницы знаний.
— Это очень хорошо, — кивнул Даглас. — Хранить знания — это важно. И почетно. Но почему бы не поделиться сохраненным? Скажем, с той же Королевской библиотекой. Или с университетской?
И снова эта тень. И раздражение уже явное. Не привыкла она к таким вопросам.
— Дагги, да что ты такое говоришь! Это же храм… храму — храмово!
— Именно, — тэра Севилла улыбнулась матушке. — Храм давно живет по своим законам. В нашем вот девочки учатся.
— Чему?
— Многому. И нет, не только тому, как вести хозяйство, что, конечно, важно… Мы помогаем раскрываться талантам. Не важно, талант ли это к музыке или математике, к строительству, поэзии, рисованию… наши сестры создают удивительные вещи.
— Сестры? Вы их учите и заставляете принимать постриг.
— Нет, что вы… я же говорила, что молитвы из-под палки пусты. Мы просто показываем свой мир. Спокойный. Безопасный. Такой, в котором никто не отдаст дитя престарелому мужчине на потеху…
— П-позвольте…
Под взглядом монахини поверенный заткнулся.
— Где нет места бедности и голоду, зависимости от желаний другого человека. Нет места разврату, похоти, но есть — честному труду. И каждый найдет работу по способностям…
— Главное, чтобы способности были, — сказал Даглас. — И вы хотите забрать моих сестер.
— Я не хочу, — спокойно ответила монахиня. — Я их заберу. Договор о передаче опеки подписан и заверен.
— Подтверждаю, — поверенный кивнул. — Но хочу заметить, что интересы моего…
— Доверителя будут учтены, — тэра Севилла не сочла нужным быть вежливой. — Как и интересы вашей сестры. Замужество старшей девочки будет отложено до достижения ею возраста шестнадцати лет. Храм не нарушает закон.
— А младшей?
— Мы сделаем всё возможное, чтобы обе сестры нашли своё место в жизни…
И усмешка.
Такая ласковая-ласковая, от которой всё внутри переворачивается.
— Дагги, у тебя глаза желтым светятся!
— Это от счастья, — голос сделался низким, рычащим. — Что ж… кто я такой, чтобы противиться воле храма.
— Рада, что вы всё правильно поняли.
Интересно, а вот если не в сапоги? Если в туфли? В туфли, гадить, конечно, неудобно… и за мысли такие должно бы стыдно быть. Но стыдно не было. Скорее уж тянуло задуматься и попробовать.
— Итак, осталось понять, где девочки.
— Там, — Даглас махнул рукой, чувствуя, как кольцо вокруг сердца разжимается. — В поместье Каэр… я вас даже проводить готов. Только…
Сложно улыбаться, когда во рту клыки.
— Боюсь, они не согласятся передать вам девочек.
— Не мне. Храму, — уточнила тэра Севилла.
— Тем более… некроманты храм как-то вот традиционно недолюбливают, что ли…
Глава 25
Глава 25 В которой имеет место альтернативная медицина
Девушка всегда любила состязания с быками. Тем более в Мадрид после гастролей приехал известнейший тореро Альберто со своими дрессированными быками.
Об альтернативных видах спорта
Ворон раздраженно каркнул и, сверкнув алым глазом, вытянул лапу, позволяя закрепить послание. Потом потоптался, словно и вправду привыкал к ощущениям, огладил тяжелым клювом перья и оттолкнулся-таки от парапета. Черные крылья его хлопнули, поднимая птичье тело ввысь.
— И что теперь? — шёпотом спросил Орик, проводив птицу взглядом.
— Теперь — ждать, — Ликий весьма надеялся, что ожидание это затянется. Пока к ним и вправду отнеслись как к гостям, пусть и незваным, но что будет, когда ворон вернется?
Каков будет ответ?
Согласится ли хан заплатить выкуп за сына? И станет ли вовсе говорить с чужаками? Или, зная об опасном даре мальчишки, просто воспользуется ситуацией?
А если так, то что делать Ликию?
Нет, ученика он не бросит, это само собой разумеется. Однако хватит ли у него лошадей, чтобы выкупить и мальчишку? Или не лошадей? А чего? Что он может предложить этим людям за жизнь Орика?
— Теперь мы отужинаем, а потом займемся вашим обучением, — сказала светловолосая женщина, которую окутывала нежная вуаль силы.