— Я вижу! — рассмеялась Даша.

Мы замолчали, и некоторое время смотрели вдаль. Я разглядывал Иггдрасиль. Карачун ещё больше стал похож на дерево. Теперь это уже был далеко не огурец, а разветвлённая фигура, похожая на остатки дерева с обломанными ветвями. Но мы-то знали, что процесс обратный и они ещё просто толком не отросли.

— Ещё бы связь наладить… — задумчиво проговорила Даша, — но даже то, что в зоне прямой видимости есть что-то ещё, дружественное нам, уже радостно!

— Да, со связью хорошо бы что-то придумать! — сказал я, — идея неплохая, но здесь нужно либо радио налаживать, либо заклинание какое-нибудь или артефакт. Типа тарелочки с яблочком.

— А ты зря смеёшься, такое бывает! — вдруг сказала Даша.

— Не сомневаюсь! — ответил я, — в том, что есть артефакты для удалённого общения, сомнений быть не может. Но даже про тарелочку с яблочком я тоже что-то слышал. Хотя, возможно, это кто-то пошутил. Тарелочка, это форма, главное, суть магического девайса. А упаковка может быть любой. Я спрошу у нашего крафтера, может он что подскажет.

— Отлично! — сказала Даша, — когда планируете нас покинуть?

— Сегодня, — сказал я, — нужно вернуться в Сокольники. Здесь у вас уже всё более-менее налажено, а вот там работы ещё непочатый край. К тому же много детей и мало взрослых. Сама понимаешь, такая община довольно беззащитна. Есть, правда, ещё мусорщики… но они так себе бойцы…

— Мусорщики? — удивилась Даша.

— Не обращай внимания, — улыбнулся я, — просто община людей, которую мы привели в Сокольники. Сами они себя так не называют, это с лёгкой руки Алисы в моей голове к ним прилепилось это слово.

— Понятно! — кивнула Даша.

— Мне кажется, или возле Иггдрасиля в самом деле присутствует оранжевое свечение? — спросил я у Даши, потому что давно не мог понять, в самом ли деле это вижу, или просто из-за большого расстояния возникает какой-то оптический эффект.

— Я тоже вижу что-то оранжевое, — прищурилась Даша, — но понять что это, не могу. А так быть не должно?

— Не знаю, — честно признался я, — раньше не было. Но может быть это какой-то эффект от роста дерева… странно! Надеюсь, что ничего плохого там не случилось. Однако задерживаться нам здесь не стоит. Что-то тревожно мне.

Успокоившееся вчера вечером чувство тревоги, бродившее у меня в душе, вдруг вернулось вновь с возросшей силой. Беспокойство было таким, что совладать с ним я не мог, потому пошёл в гостевую башню будить всех и готовиться к отбытию.

Никто не понял, что за спешка, только Тао смотрела на меня как-то озадачено. Она и вчера разделяла мою тревожность. Чуткая девушка… или, может быть у неё дар, который пока не проснулся, с этим как-то связан?

Видя мой настрой, все тоже зарядились энтузиазмом, быстро перекусили и потянулись к выходу из замка.

Обошлись без пышных проводов и трогательных прощаний. Не на войну же мы шли, а домой, где будем уже сегодня.

Поскольку сейчас ехать можно было только в пустом Ксюшином кармане, желающих не нашлось. Как и проделать долгий путь через туман до нашей базы тоже никто не захотел. Пуля туда ещё вчера сбегала, сообщила последние новости, но пока что всё решили оставить без изменений, надеясь, что Петя всё же сумеет каким-то образом вернуть вход.

Надежды на это были, ведь он только пришёл в себя после пережитого и вполне мог найти способ восстановить старое положение вещей. Всем хотелось в это верить.

Шли мы быстро, бодро, нигде не задерживаясь. За время пути никого не встретили. Да, район заметно опустел за последнее время, люди ушли в более обжитые места. А следом за ними потянулись и банды, которым делать здесь было нечего без своей «кормовой базы». Так что, можно было начинать освоение этой части города с чистого листа. Две ключевые точки уже были! Со временем могут появиться и новые! Странно, что здесь нет убежищ… или они просто не выжили в этой агрессивной среде? Или там, где они могли бы быть, поработал Орден Паука, и сейчас у нас есть тот же Барбинизатор? Скорее всего, всё именно так!

— Что за ерунда? — раздался голос Шторма недалеко от меня.

Я был погружён в свои мысли и отвлёкся от того, что происходит вокруг. Мы уже дошли до Сокольников и сейчас проходили мимо входа в метро. Над парком, в самом деле, было какое-то оранжевое свечение.

Симптом был нездоровый. Что-то в этом свечении меня напрягало. Оно не воспринималось как единое целое с Иггдрасилем. Свечение смотрелось инородным, чуждым, враждебным!

Мы шли вперёд, не отрывая глаз от Парка, когда раздался испуганный голос Ксюши.

— Мама! — воскликнула она.

Все резко повернулись к ней, но с девочкой всё было в порядке. Она просто кое-что увидела. Все проследили за её взглядом и тоже это увидели.

Между нами и домами росло большое, раскидистое дерево, практически лишённое листвы из-за недавнего морозного катаклизма. И на этом дереве были люди. Они были равномерно развешены, как ёлочные игрушки. Я их сразу узнал. Это были те восемь девушек, которых я вытащил у Оливера, а потом отказался принять в общину из-за предательства. Те девушки, которые были вынуждены поселиться здесь, на некотором удалении от парка. Те девушки, которые теперь были мертвы, вполне возможно, из-за меня!