Шрифт:
— Проводим! — заверил Юи.
Выписывая грамоту, я слышал, как Катацумури-третий гулким шёпотом интересуется у Юи:
— А моя семья богатая? Ух ты! Чем владеет? Да ты что?! Не врёшь? Пусть капитан теперь идёт в задницу, вместе со своим вонючим кораблём!..
Я не сомневался, что госпожа Ифа и госпожа Тэра быстро сориентируются и пристроят нового мужа и зятя к делу. С такими женщинами, да при наличии формального мужчины во главе клан Канасуку не пропадёт.
Впрочем, будущее клана Канасуку интересовало меня в последнюю очередь.
* * *
Коробки, корзины. Жбаны, бутылки. Кувшинчики, свёртки. Они заполнили всю мою приёмную. От ароматов рот мой наполнился слюной, а в животе заурчало. Сверху лежала записка: каллиграфический почерк, изящный и строгий. Явно не матрос писал.
«Прошу господина старшего дознавателя принять сей скромный дар в знак моей несомненной признательности. Я у вас в долгу. Если от меня потребуются какие-либо услуги, обращайтесь без стеснения.
С искренним уважением и благодарностью,
Канасуку Катацумури-третий».
Ага, тут ещё приписка. Как собака лапой возила!
«Я как в раю! Бабы, выпивка, жрачка! Делами ворочаю! Если что надо — заходи, порешаем. За мной не пропадёт!»
Я спрятал в рукав послание. Окинул взглядом гору подарков.
— Это просто праздник какой-то, — мрачно заявил я. — Несите посуду! Раз праздник, будем праздновать. Всей управой!
Служащие с завидным энтузиазмом бросились исполнять распоряжение начальства. Когда всё было готово, я поднял чашку и дождался тишины.
— Мы можем предполагать и действовать, надеяться и рассчитывать. Но в итоге всё случится так, как должно случиться. Это может стать для нас неожиданностью, приятной или нет. Ну и гори оно огнём, а нам поменьше такого добра! Кампай!
Сомневаюсь, что меня поняли. Я и сам-то себя не очень понимал.
Но выпили дружно, до дна.
Повесть о гонцах в преисподнюю
Вдруг налетел — из царства мёртвых
Порывом ветер ледяной,
И хлопает полотнищами флагов,
И задувает в лампе огонёк.
Всё погружается во мрак…
Тикамацу Мондзаэмон «Масляный ад»Глава первая
Белые повязки
1 Прелести базарного дня
Доводилось ли вам бывать в деревне Кунинде?
Да-да, в Кунинде, она же Кумэмура, да ещё и в базарный день? Жемчужина Окинавы на окраине портового города Нахи, она триста лет славится своими учёными мужами, просвещёнными чиновниками, знаменитой школой, единственной в своём роде на всё королевство Рюкю, а также давними связями с Поднебесной империей. Позвольте, а как иначе, если каждая семья в деревне имеет китайские корни с того дня, как тридцать шесть кланов прибыли сюда из провинции Фуцзянь и обрели земельные наделы, не облагаемые налогами, — и до сих пор не порвала с материком, несмотря на ряд деликатных обстоятельств!
Ах, не бывали? Ни в базарный, ни в какой другой день?
Зря, уважаемые, очень даже зря! Всячески рекомендуем посетить. Ибо учёные мужи и просвещённые чиновники, а также члены их семей, чтоб они у нас были здоровы и благополучны, ценят удобство, изысканность и красоту. Эти дары им с готовностью предоставляют искушённые торговцы, чьи лавки, шатры и лотки открываются с рассветом. Тут вам не безвкусица для невежд, дешёвка для бедноты или помпезная роскошь для свежеиспечённых богатеев! Если кто привык иметь дело с обитателями Кунинды, так он способен удовлетворить самый взыскательный вкус и самые необычные запросы. Даже столичные аристократы-кидзоку, случается, посещают деревню, не считая это для себя зазорным.
Вот, полюбуйтесь сами.
Сезон тайфунов миновал, но ночью прошёл дождь.
Он прибил пыль и омыл тёмную зимнюю зелень, придав ей праздничного глянца. С раннего утра Большая Торговая улица и площадь Трёх Флагов запестрели шатрами и палатками: бирюза и охра, кармин и аквамарин; с росписью и без.
От многоцветья у непривычного зрителя кружилась голова. Но посетители ярмарки были людьми с опытом, таких непросто сбить с толку, а яркая окраска палаток служила им надёжными ориентирами. Последнему дурню ясно, что бингата рюкюсской выделки следует искать в синей, расписанной белыми барашками волн палатке, — или, на худой конец, в лавке господина Мэня через дорогу. А тёплые стёганые халаты из Гуанчжоу? Они найдутся в лиловом шатре с тонкой золотой каймой, но если подешевле, так в лавке господина Цая, дальше по улице. Главное, не перепутайте: солидная традиция — у Цая, а если желаете халат по последней китайской моде — вам в шатёр.
Ищете тушь и кисти? Рисовую бумагу шусюань для каллиграфии? «Четыре сокровища кабинета», какие и королю не стыдно в руки взять?
Добро пожаловать в лавку Лю Синя!
Нет-нет, в других местах даже не ищите: у Лю Синя товар лучший, с ним никто не пытается конкурировать. Хозяина, как зайдёте, не спрашивайте, — Лю Синь сам в лавке не торгует, у него есть кому стоять за прилавком.
И, понятное дело, не стоит интересоваться благовониями, хоть местными, хоть заморскими, в багряном, расписанном драконами шатре. Здесь вы сможете подобрать себе амулет, оберег или скромный домашний алтарь, — впрочем, за алтарём лучше заглянуть в храмовую лавку. А благовония — они вон там, за углом. Чуете волну ароматов? И это в двадцати шагах!