Шрифт:
– ..."сказал он, через полчаса после битвы с драконом", - словно строчку из рыцарского романа продекламировал панголин.
– Не обманывайте хотя бы себя, сэр Ричард. Вы - живая легенда!
– Я полуживая легенда, - возразил Ричард.
– Уж это никак не обман. Не собирался выходить на дорогу прямо сейчас... сразу... Если честно, вообще не рассчитывал выжить, - тихо добавил он, отворачиваясь.
Панголин услышал. И мягким, но совершенно непререкаемым тоном, каким изрекают вечную мудрость, сообщил, что если кому-то оставлена жизнь, значит, на то есть свои причины.
– Вам сейчас всё равно куда идти. Разделите мой путь, что вам мешает?
– Не хочу связывать себя обещаниями. Слишком давно не странствовал. Не знаю, хватит ли сил начинать всё сначала. Если честно, хочу только покоя. Мне нужно разобраться...
– Вы пойдете против призвания?
– Не могу сказать, что слышу теперь его голос.
– Но меня ведь вы слышите. Идите со мной до ближайшего перекрестка, пока наши дороги не разойдутся, - сказал панголин.
– Вы уйдете своим путем, когда пожелаете.
Ричард невесело усмехнулся:
– Сомневаюсь в наличии такового. Мне придется идти за вами до края света.
– В этом не будет необходимости, - серьезно сказал панголин.
– Через месяц я рассчитываю вернуться в свою долину... Если, разумеется, буду жив.
Некоторое время они молчали, потом Ричард поднялся, тем самым давая понять, что согласен.
– У меня есть одна просьба: не говорите никому, кем я был.
– Но вы и остались им, Ричард. Панголины видят иначе, чем люди. Мы воспринимаем собеседника как сложное многослойное существо: подобным образом устроено зрение у дельфинов...
– Знаю. Но разве вы не замечаете перемен? Хотя бы внешних.
Панголин заворчал, глядя себе под ноги. Это выражало смутную неуверенность, которую зверь обсуждал сам с собой.
– Понимаю, о чем вы, - наконец сказал он.
– Но при этом я вижу вас прежним. Мы не знакомы лично, я могу ошибаться, но я узнал вас. Значит, вы остались...
– Нет, - твердо возразил рыцарь.
– Всё изменилось. Всё. Идемте. Правильно понимаю, что ваша миссия связана с некоторой опасностью?
– И с немалой.
– В таком случае, ваше появление за пределами долины, наверное, подозрительно?
– А кто говорит, что меня должны видеть?
– ворчливо осведомился панголин. Он качнулся вперед, ещё ниже пригнув голову, и свернулся идеально ровным шаром. Точно еж, только без иголок. Черные полоски под светло-серым мехом оказались полукольцами, которые обрисовывали чешуйчатый узор на сером шаре. Теперь панголин стал похож на огромную круглую шишку. Шар покатился по земле, стремительно уменьшаясь. Свернувшись до размера мелкого яблока, пушистый клубочек подкатился к ногам Ричарда. И словно ящерица, способная бегать по вертикальной стене и по потолку, панголин вкатился на плечо своему спутнику. Оттуда по руке соскользнул в карман куртки и притих.
– Можете разговаривать со мной мысленно, - отдался тот же медвежий голос в голове Ричарда.
– Это называется...
– Солнечный магнит, знаю. Телепатическая связь. Это ещё помню...
– Вы могли бы мне рассказать, о жизни там.
– Не стоит называть это жизнью. Поговорим лучше о вашей секретной миссии. Ничего не знаю о том, в какой местности мы находимся, куда направляемся, кто здесь правит?
– Начнем с последнего, - вздохнул панголин.
– Нынче всем у нас заправляет Проклятая королева.
– Которая из них?
– Дина Заури.
– А, леди Ди - вторая дочь великого Черного колдуна из бездны. Королева чудовищ. Знаю. Кстати, там, о ней совершенно ничего не слыхали.
– Вот счастливчики!
– Не сказал бы... Ее тупозавры не поумнели за последние двадцать лет?