Шрифт:
– Софи, - торопливо заговорил я, решившись.
– Я уверен, ты должна попытаться. Пожалуйста.
Лидия стояла посреди гостиной, опираясь на зонтик, и не отводила жадных глаз от Софи. Как будто она нашла себе новую игрушку, начисто забыв о моем существовании.
– Госпожа Хризштайн?
– жалобно спросила Софи.
– Вы действительно можете помочь?
– Нет, - равнодушно ответила Лидия.
– Не уверена. Смогу сказать точнее после осмотра. Если сочту возможным помочь, тогда и поговорим о цене.
– Что?
– вырвалось у меня.
– Какой еще цене? Вы же обещали...
– После, - отрезала Лидия.
– Пройдемте в вашу комнату, госпожа Бурже.
Она подошла к Софи, бесцеремонно подхватила ее под локоть и подтолкнула к выходу.
– Я с вами, - мне стало неуютно от одной лишь мысли, что Софи останется наедине с этой безумицей.
– Нет. Подождите здесь, вместе с Тенью.
– Госпожа Хризштайн, - твердо ответил я.
– Ваша эксцентричность может испугать неподготовленного человека. Поэтому я буду присутствовать. Во избежание недоразумений.
Лидия равнодушно пожала плечами, а Тень покорно застыла в неудобном кресле.
В комнате Софи я улучил момент и отвел Лидию в сторону. Мне нужно было услышать правду.
– Что вы увидели? Что?
– Вам не понравится...
– медленно проговорила она.
– Я все равно хочу знать. Пожалуйста.
Лидия смотрела мимо меня, на Софи, и молчала. Я не выдержал и встряхнул ее за плечи.
– Вы слышите? Что вы увидели?
Она попыталась освободиться, но я придвинулся еще ближе и перешел на шепот, чтобы не услышала Софи.
– Не мучайте меня. Потом будете отыгрываться, но не сейчас, прошу вас. Мне нужно знать. Софи... Софи - колдунья?..
– от волнения у меня сел голос.
Лидия провела ладонью по моей щеке, и мне стоило огромного труда не отшатнуться от ее ледяного прикосновения. Я очень остро осознал, что в ее движении нет подтекста страсти, она словно сравнивала меня, сличала с неким образом, проверяла мое присутствие.
– Софи - колдунья?
– повторил я вопрос.
Она привстала на цыпочки и шепнула мне на ухо:
– Нет.
Стоило мне выдохнуть с облегчением, как Лидия добавила:
– Но лучше бы была.
Я застыл возле окна, пытаясь собраться с мыслями. Лидия хищной птицей кружила вокруг усаженной на стул Софи, которая вцепилась в его край и сидела неестественно ровно.
– Как именно был проклят ваш род?
– Не знаю... Просто проклятие, я не знаю.
– Проклятие бывает разным. Можно пожелать, чтоб отсохли руки-ноги, - Лидия сделала многозначительную паузу, положив руки на плечи Софи.
– Чтоб глаза повылазили, чтоб света белого не видел, чтоб пусто было, чтоб кровью умылся, чтоб покоя не знал... Как именно вас прокляли?
– Прадед просто... просто сказал перед смертью, что проклинает сына и его потомков... Без таких подробностей, - Софи поежилась, когда Лидия взяла ее ладони в свои.
– Вот как... Когда вам в первый раз стало плохо?
– Руки стали слабеть, камень при огранке испортила. Что вы делаете? У вас руки холодные.
Лидия проигнорировала ее вопрос, отведя волосы Софи, осматривая и ощупывая ее шею.
Господи! Она ведь ведет себя так, словно перед ней мертвое тело в леднике!
– Потерпите. Что дальше? Какие еще симптомы?
– Руки стали плохо слушаться, потом ноги. Ходить стало тяжело без помощи... Ой!
Лидия вытащила шпильку и воткнула Софи в руку выше локтя. Тонкая струйка крови на темной ткани платья была почти незаметна.
– Не надо, госпожа Хризштайн, - устало попросила Софи.
– Лекари говорят, что чувствительность конечностей не нарушена. Я чувствую боль, но не чувствую... почти не чувствую рук... их движения...
– Вот как...
– Лидия склонилась перед лицом девушки, заглянула в глаза, провела пальцами по губам, потом запустила руки в волосы Софи. Странно, но ее движения были плавными, почти нежными, словно она ласкала ее, и я смущенно отвел глаза.
– Волосы не выпадают?
– Нет.
– Аппетита нет? Понос, рвота? Одышка?
– У меня были недавно колики, но я не думаю, что... Удушье ночью иногда бывает, я...
– Вам придется раздеться.
– Что?
– Госпожа Хризштайн, - вступился я. - Вы не лекарь, чтобы...
– Я лучше лекаря, - оборвала меня Лидия.
– Госпожа Бурже, раздевайтесь. Господин Тиффано выйдет, правда?
Я заколебался, но решил не спорить с ней.
– Софи, я буду за дверью. Дверь оставлю открытой. Если что... В общем, я рядом, позовешь.