Нурико, заметив пристальный взгляд товарища, направленный за его спину, замолчал и обернулся. Первой показалась Миака. Следом за ней бесшумно следовал монах. Где их невероятная Жрица его нашла, Тамахоме не знал, но чувствовал, что это неспроста.

Заметив направленные на нее взгляды, девушка замерла в нерешительности, не доходя стола. Чувствовала она себя явно неловко, как бы невероятно это ни звучало. Интересно, почему?

– Что это за тип с тобой, Миака?

Юноша нахмурился - желая помочь девушке, он немного перестарался, и вопрос вышел грубым, но та, словно не заметила этого, тут же расслабившись. Зато возмутился монах.

– Как грубо, однако!
– воскликнул он высоким голосом. Будто специально завышенным. Это смутило Хранителя даже больше, чем улыбающееся лицо монаха. Вот только он никак не мог понять, что именно ему не нравится... Это был странный монах. Не то, что бы юноша видел их много за свою жизнь. Но все-таки...

– Меня зовут Чичири и я - Хранитель Сузаку, как и вы двое!

Эффект разорвавшегося ки-шара - вот на что это было похоже в представлении Тамахоме. Что бы он себе не навыдумывал, реальность оказалась куда более шокирующей. Кто бы мог подумать, что девушка найдет еще одного Хранителя так быстро. А монах, казалось, был доволен произведенным впечатлением.

– Но, когда вы успели встретиться?
– поинтересовался Тамахоме, едва они оба отошли от потрясения, и радостный Нурико побежал тискать Жрицу.

Вот только, даже если ему и собирались ответить, визг Нурико, отскочившего от девушки словно ужаленный, помешал этому случиться.

Присмотревшись, Тамахоме понял, что спустилась к ним Миака в той же одежде, что и была. А это значит, что она в отличие от парней не переоделась. А значит, кто-то очень скоро получит по шее. Причем, скорее всего не от него, а от шипящего Нурико. И осознавал это не только Тамахоме, но и двое других, судя по синхронному шагу назад. Миака даже попыталась спрятаться от засучившего рукава парня за спину монаха, но это ее не спасло. Закинув девушку на плечо, Нурико стремительными шагами двинулся в сторону лестницы. Жрица же, дернувшись пару раз, затихла, осознав всю бесполезность усилий.

Едва шаги и возня на втором этаже оборвались хлопком двери, тревожно прислушивавшийся Тамахоме осознал, что остался один на один с монахом. И он растерялся, не зная, что сказать, как начать разговор. К счастью, это знал Чичири.

– Интересная она девочка, наша Жрица, - заметил он вскользь, стоя вполоборота и продолжая смотреть на лестницу.

– Ты смог понять это за несколько минут общения?
– скептически вопросил Тамахоме, возвращая самообладание.

– У меня было больше, чем несколько минут, - монаха не просто сбить с толку, и он по-прежнему доброжелательно улыбался. Все же, на то он и монах, чтобы уметь владеть собой и своими эмоциями. Хотя та улыбка все еще напрягала. А Чичири тем временем непринужденно продолжал.
– Я следую за вами с того момента, как вы покинули столицу. Просто не было случая, да и необходимости, представляться раньше.

Тамахоме почувствовал, как от такой новости удивленно вытянулось его лицо. Первый порыв - вскочить и заорать что-нибудь возмущенное, потребовать объяснений почему он не явился раньше, как требует того долг Хранителя - он задавил. Глубоко вдохнул, беря эмоции под контроль.

– Что же изменилось?

Чичири внимательным взглядом изучал его лицо. Тамахоме не торопил, терпеливо ожидая ответа и стараясь не показывать, насколько долгое молчание его тревожило. Лишь незаметно перевел дух, когда монах, явно довольный увиденным, кивнул и сел напротив.

– Наша Жрица попросила помощи, - просто произнес он. А у Тамахоме в очередной раз пропал дар речи, и он начинал жалеть, что не вытряс все из упрямой девчонки еще раньше. Потому как на его памяти она ни разу не просила помощи, и он даже представить боялся то, из-за чего ей это требовалось.
– Она уверена, что вы находитесь в смертельной опасности, и одной ей не справиться.

Чичири прервался, чтобы увидеть реакцию на свои слова. Возможно, он ожидал недоверия или уверений, что они справились бы сами и помощь не нужна - вряд ли можно ждать чего-то другого от юноши возраста Тамахоме. Но в ответ получил лишь отрывистый кивок - просьбу к продолжению. Чичири был удивлен, а вот Тамахоме нисколько - что-то такое он подозревал. Миака знала обо всем, но предпочла промолчать. Стоило бы обидеться на недоверие с ее стороны - они все же не беспомощные дети, чтобы не суметь защититься - но решил повременить с выводами. Возможно, все куда хуже, чем он представлял.

– И что же, по ее мнению, нам угрожает? Тендо?

– Она не знает, - покачал головой монах, приятно удивленный спокойствию и собранности Первого Хранителя. Возможно, все не так плохо, как говорил учитель.
– Но говорит, что чувствует опасность для всех. Даже, если она что-то знает, то не говорит.

– Миака и ее секреты...
– грустно усмехнулся Тамахоме.

– Просто ее секреты слишком опасны и в руках недоброжелателя могут принести много бед, - возразил Чичири и, подумав, добавил, - она считает, что тот, кто угрожает нам, может проникать в мысли людей. И знание, в таком случае, может лишь навредить.

– А такое возможно?

Удивление на лице Тамахоме настолько явное, что Чичири все становится ясно без слов. Осторожная Жрица не зря ограничивала своих Хранителей в информации. Ведь те, по неведению, могли стать легкой добычей для их врагов.

Чичири взял на заметку в ближайшем будущем разузнать о других слабых сторонах Хранителей и попытаться ликвидировать хотя бы часть их. Странно было только, что сама Жрица не позаботилась об этом, но он поговорит с ней позже, чтобы выяснить причину.