Почему он вспомнил это сейчас?

На кухне играл магнитофон, разливая тоску. Новая айдол группа. Поют исключительно печальные песни. Аяме чуток послушала их песню, последнейший хит, занявший верхние строчки во всех рейтингах, и тяжело вздохнула:

– Ну что за дрянь с утра пораньше?

Зевнув, она встала и одним щелчком переключила радио.

И сразу же полилась бодрая бессмысленная песня:

Пара-пара-па, пара-паралайзу,

Пара-пара-па, пара-парадоксу,

Пара-пара-па, пара-параллаксу,

Пара-пара-па, пара-пара-па-пам.

– Опять этот "Паралайзу", - заметила Аяме.
– Но хотя бы не те плаксивые стенания. Надоели уже, сил нет.

Аяо кивнул.

Сестра села обратно за стол и сладко потянулась. Затем сказала преувеличенно бодрым тоном:

– Передай мне тофу, пожалуйста.

– Держи, нэ-сан, - сказал Аяо, протягивая ей миску с белыми кубиками.

Свет лег на его лицо и выхватил багровый синяк - следы вчерашнего столкновения с отцом Куми. Аяме нахмурилась, указала ногтем на щеку:

– А это откуда?

– Так, - ответил Аяо, обдумывая, что сказать.

– Случилось что? Подрался?
– требовательно спросила Аяме.

Аяо вспомнил, как однажды она пришла в его школу, чтобы лично наказать главных его противников. Тогда он учился в начальной школе. Аяме пришла и кулаками приложила тех жутких злодеев, что обидели его: тощих мальчишек ростом с пони. Тогда он возгордился своей бесстрашной сестрой, ведь она бросила вызов самых могучим персонажам школы и одолела их в поединке.

Даже Великий Кента сбежал от нее в панике.

– Да, - ответил Аяо.
– Я подрался.

– Победил?
– немедленно спросила она.

Подумав, Аяо ответил:

– Не знаю.

– Как же это - "не знаю"?
– нахмурилась сестра.

– Не знаю, - серьезно задумался Аяо.
– С одной стороны, я нанес ему тяжелый урон. А с другой, спасался бегством я, а не он...

– Понятно!
– вскипела Аяме.
– Аяо!

Ее взгляд упал на миску с тофу. Она схватила тофу в кулак и сжала так, что оттуда брызнул сок. Аяо тупо таращился на ее действия.

– Вот так и надо поступать с врагами!
– провозгласила Аяме.
– Давить их! Ты сделал так, как я учила?

– Да, нэ-сан, - ответил Аяо.

– Молодец. А завершающий удар каблуком в пах?
– Аяме требовательно сверкнула глазами.

– У меня не было каблука, нэ-сан, - понурился Аяо.

– Вот потому ты и сбежал, оставив поле боя за врагом. А я говорила тебе: надо быть готовым ко всему, - сестра в боевом раже снова сжала измочаленный тофу.

Затем, подумав, запихнула его себе в рот и съела не без удовольствия.

– Ты понял меня?
– спросила она, жуя.

– Да, нэ-сан, - склонил голову Аяо.

– Тогда ладно, - обрадовалась Аяме.
– Принеси-ка мне газировки из холодильника - и пива захвати. Устала я чего-то.

Аяо встал.

– Нэ-сан, у меня к тебе вопрос. Я хочу узнать мнение женщины.

– Хорошо, только шипучку принеси, - раздраженно произнесла Аяме.
– И давай без лишних мудреностей. Ты сам знаешь, у меня от них голова болит. Тот прошлый вопрос про куриц был слишком сложным. И всякую гадость вроде инцеста я тоже обсуждать не собираюсь.

Аяо припомнил вопрос.

"Что было раньше - курица или яйцо?"

Однако ответ был очевиден.

Конечно же, яйцо.

"Но кто снес это яйцо?" - тут же спросила нэ-сан.

"Куриный предок", - отвечал Аяо.

Аяо заглянул в холодильник. Внезапно дверь под шкафом раскрылась, проскрипев, и оттуда выглянула Мейда. Она подмигнула ошеломленному Аяо, сидя в компании с пачкой собы, обнимая одной рукой ведро с мукой. По щеке у нее был след от джема.

– Что ты здесь делаешь?
– удивился Аяо.

– Ем, - радостно ответила Мейда.

До этого Аяо никогда не видел Мейду за пределами своей комнаты. Хотя нет, нет: видел. Однако там она все равно далеко от комнаты не отлучалась и могла прошмыгнуть под кровать или в шкаф в любой момент.

Если честно, Аяо до сих пор сомневался, галлюцинация она или нет. Страшно подумать, что произойдет - если вдруг кто-то увидит Мейду, кроме самого Аяо.

– Может, вернешься к себе?
– предложил он.

– Неа, - ответила она.

Аяо догадался. Она наверняка преследует какую-то цель, вот и не уходит, но какую?