Шрифт:
– Ллодэ, я обязательно буду приезжать летом... как часто - не знаю, но постараюсь.
С улицы, кроме завывающего в штакетнике веранды ветра, донеслось бряканье упряжи и фырканье. Кинт быстро вставил магазин, достал патрон и, повернувшись к двери, завел руку с пистолетом за спину. Дверь распахнулась, и вошел инспектор.
– Значит так, прибыл капитан Морес, на паровозе из Дастена, по такой погоде долететь смог только туда, он сейчас в ратуше... В "Пятом колесе" тайная жандармерия, все спокойно, двое верхом меня сопровождают.
– Из Дастена?
– Да.
– На паровозе?
– Да.
– Вы жетоны хоть у одного из тех жандармов посмотрели?
– Эм... жетоны?
– Да, у каждого сотрудника тайной жандармерии есть жетон, вам ведь известно, как он выглядит?
– ...
– Понятно. Сопровождают, значит?
– Да.
– Пригласите их сюда, инспектор.
– А...
– Пригласите, - улыбнулся Кинт, - скажите, что нам надо помочь загрузить на сани покупки.
Инспектор вышел.
– Ллодэ, как войдут, берите их на мушку, - сказал Кинт, в его руках уже было по пистолету, и он перебежал в небольшую нишу у входа.
– Ты уверен?
– Да!
– Как это понимать, Ллодэ?
– сказал инспектор, а двое здоровяков, вошедших следом, потянулись к кобурам.
– Руки!
– Кинт вышел из-за ниши и закрыл засов двери.
– Да нет, инспектор, вам не надо, разоружите их.
– Кинт, но...
– Делайте же, инспектор!
– рявкнул Кинт.
Оружие жандармов перекочевало к инспектору.
– Теперь оба лбами уперлись в стену, руки за спину! Ноги шире и дальше от стены... еще... дернитесь - стреляю. Инспектор, а теперь соизвольте проверить их жетоны.
Вдруг тот, кто стоял ближе к прилавку, резко "ссыпался" вниз и, прячась за Талда, выставил руку в сторону Кинта...
Бах!
– из рукава жандарма что-то выстрелило, но Кинт уже валился на пол, выстрелив два раза между ног инспектора и прострелив бедро стрелявшего.
Ба-бах!
– грохнуло как из пушки, это Ллодэ зарядом картечи из короткого охотничьего карабина свалил наповал второго жандарма. Кинт шустро кувыркнулся к жандарму с "секретом в рукаве" который уже упал на пол, схватившись за бедро, рыча и скалясь от боли. Шмяк!
– сильным, ударом в висок Кинт отправил противника в забытье...
Одежда на обоих жандармах была расстегнута, не оказалось у них никаких жетонов, как и форменной одежды, кроме штанов и пальто. На них не было даже жетонов гражданина. В рукаве стрелявшего обнаружился маленький, с коротким стволом, однозарядный, но крупного калибра пистолет, закрепленный на предплечье системой ремней.
– Сколько их там еще у Дукэ?
– Кинт стоял у окна и смотрел на улицу.
– Эм...
– На инспекторе не было лица, он, весь бледный, не отрываясь, смотрел на убитого.
– Д-д-двое на улице, внутри... еще пятеро. А! н-нет, шестеро.
– Стойте у окна, инспектор, следите за улицей, а я пока побеседую с этим фокусником.
– Похоже, ты убил его, Кинт.
– Ллодэ склонился над раненым в ногу жандармом.
– Он синеет уже, Кинт... ты ему голову проломил!
– Дьявол! Инспектор, соберите всех ваших людей, только тихо и спокойно, поезжайте в ратушу и арестуйте этого "капитана", только прошу, внимательно, инспектор, сразу валите его на пол и вяжите! Это не жандармы, инспектор, это наемники, причем очень, очень хорошие наемники и матерые убийцы. Поняли меня?
– П-понял...
– Да приди же в себя, Талд!
– А эти?
– инспектор кивнул на тела на полу.
– Эти, уж поверь, никуда не уйдут.
– Ллодэ зло ухмыльнулся, надевая пояс с кобурой, и потом обратился к Кинту: - Ну что, сынок, пойдем, возьмем за жабры этих хороших, черт бы их побрал, наемников?
– Ллодэ, спасибо, конечно, но это не ваша война.
– Эти говнюки приехали в мой город, пришли в мою лавку, стреляли в моего друга, и это не моя война? Нет уж, сынок! Это моя лавка! Мой город! И я не потерплю здесь каких-то наемников, черт бы их побрал!
– Хорошо, только давайте спокойно и без эмоций...
Метель понемногу успокаивалась, лишь у земли поземкой скручивая в замысловатые спирали снега. На веранде "Пятого колеса" двое вооруженных карабинами жандармов, приплясывали от холода, подняв воротники форменных пальто. Из-за домов вышел, кутаясь в шубу, старик. Опираясь на трость, он, проклиная погоду, направлялся к заведению Дукэ.
– А что это у нас тут случилось, молодые люди?
– спросил старик, поднявшись на веранду и обстукивая тростью полы шубы от снега.