– Как я уже сказал, на заседании Совбеза обсуждался один чрезвычайно важный вопрос. Президент назвал его даже вопросом чести и престижа страны. Дело в том, что из достоверных источников нам стало известно, что некими международными кругами разработан секретный план активного вмешательства в политическую и экономическую жизнь России. – Крутов сделал многозначительную паузу и бросил изучающий взгляд в сторону своего визави. – Если объяснять коротко, то цель их проекта, – продолжил Кутов, – сбить нас с избранного политического курса, посадить на пост главы государства своего наймита. Кому-то, видите ли, очень не нравится стремительное экономическое и военно-политическое возрождение нашей родины.

– Не вижу в этом ничего нового, – бросил реплику Юрий Титович. – Если мне не изменяет память, с семнадцатого года всё одно и то же.

– Да что вы ему втолковываете? Он и так всё прекрасно знает. И ещё насмехается... – вновь не выдержал Кушаков, повернувшись за поддержкой к сидящему справа от него прокурору. Но тот в этот момент незаметно, а может, предусмотрительно, глядел в сторону женщины.

– Прошу не перебивать! – неожиданно взорвался Крутов, непонятно кого имея в виду. – Найдите терпение дослушать меня. В конце концов, я излагаю то, что мне поручил президент.

– Извините, – сникшим голосом ответил Кушаков.

В отличие от него, Зубр промолчал, начиная уже понимать, к чему клонит кремлёвский чиновник.

– Секретный сценарий наших недругов включает множество аспектов, но есть в них три главных. Первый – это дискредитация в глазах мировой общественности российского руководства. Компания эта уже началась в Великобритании со шпионских интриг с этой истории с полонием, отравлениями, покушениями и последовавших за этим дипломатических скандалов.

– Да уж, гадостей хватает, – покачав головой, поддакнул Кушаков, в то время как Беркутов продолжал хранить значительное молчание.

– Пётр Семёнович, я же просил не перебивать! – снова повысил голос Крутов и, наполнив стакан минеральной водой, сделал несколько глотков. – Да чего я тут напрягаюсь? Прочту вам прямо по пунктам. – С этими словам Крутов заглянул в лежащую перед ним шпаргалку: – Пункт второй. Зачитываю пунктирно: «... В случае необходимости в целях подрыва экономического суверенитета России договориться с главами ОПЕК о мерах по обвалу мировых цен на нефть и золото... Активизировать реализацию проектов альтернативных путей транспортировки энергоносителей, минуя Россию; противодействовать в развитии сотрудничества с Китаем; активизировать меры по поддержке дезинтеграционных процессов на территории России и СНГ; экстраполировать скрытую гонку вооружений на космическое пространство...»И так далее. – Закончив читать, Крутов перевёл дух и вопрошающе посмотрел на Зубра. – Что скажете, Юрий Титович? Видите, нам прямо-таки объявлена новая холодная война, если не третья мировая.

– Я всё-таки не пойму, Илья Ильич, для чего вы всё это мне излагали? – пожал плечами Зубр.

– Всё дело в том, что вдохновителем и щедрым спонсором всех этих антироссийских планов является хорошо известный вам фонд будущих поколений, чьим действующим эмиссаром вы являетесь...

– Никакого такого фонда я не знаю! – побледнел Зубр.

– Неужели? – снова не удержался Кушаков. – Значит, и кто такой Дэйв Блейк по прозвищу Корсар, вы тоже не знаете? А у нас, между прочим, совершенно другие сведения.

– Понятия не имею, генерал, о чём вы говорите. И вообще, что за допрос?! – Предчувствуя близкое крушение, Зубр уже было решил перейти в контратаку.

– Может, вы и об охранном предприятии под названием «Старые центурионы» тоже ничего не слышали? – наконец подал голос Беркутов. – И кто такой генерал Корж – тоже не имеете понятия?

– Что значит – был?! – У Зубра непроизвольно вырвался возглас удивления. Он тут же прикусил язык, но было уже поздно.

– А то и значит. У начальника вашего охранного предприятия и по совместительству шефа банды головорезов в камере «Матросской тишины» случился инсульт... – довольный, что подловил Зубра, ответил Беркутов.

– Илья Ильич, мне всё это надоело! Что вы за перекрёстный допрос мне тут устроили? На допрос меня можно вызвать в прокуратуру и по официальной повестке! Там я много интересного могут поведать, в том числе и о каждом из вас! Одним словом, я отказываюсь продолжать беседу в подобном духе, – кипя от гнева, закончил Зубр.

– Что вы вновь заходитесь, Юрий Титович? – терпеливо спросил Крутов.

– На воре шапка горит! – попытался доходчиво объяснить Кушаков.

– Может, действительно поговорим начистоту? – предложил президентский советник.

– Что ж, давайте, если у нас получится, – быстро согласился Зубр, прекрасно сознавая, что объяснений не избежать. От него уже не отстанут. – Только ответьте сначала, почему президент не пожелал встретиться со мной? Ведь на похоронах Уралова речь шла именно об этом.

– Видите ли, Юрий Титович, – Крутов замялся, подбирая слова, – тема уж очень щекотливая... Я бы сказал, специфичная...

– И это вы говорите о президенте, который десяток дет протрубил в КГБ, был директором ФСБ?! – Егоров не упустил момента поёрничать. – Простите, Илья Ильич, скорее для вас тема «специфичная»...