Я посмотрел на Хьюго – наконец-то я мог смотреть на него прямо, не притворяясь, что не смотрю.

Хьюго сделал глоток воды.

– Ну, я занимаюсь греблей. На каноэ. Выиграл пару гонок, но это было чистое везение, конечно.

– Да Хьюго просто купается в славе! – Дядя Брайан рыгнул. – Он по праву заслужил быть капитаном команды гребцов! И был бы им, если б один пыльный, толстожопый губернатор – упс, пардон май фрэнч! – тот, который владеет половиной «Страховой компании Ллойда», не пригрозил урезать финансирование, если его сынулю, маленького лорда Герберта Бонкса не сделают капитаном. Как его зовут, Хьюго? Ну, того парнишку?

– Ты имеешь в виду Доминика Фиццимонса, пап?

– «Доминик Фиццимонс»! Ну и имя, нарочно не придумаешь!

– А Джейсон выиграл конкурс поэзии, – вдруг сказала мама. – Правда, Джейсон?

Стыд закипел в мочках моих ушей, я уставился на свою тарелку – лишь бы не видеть взгляда Хьюго и остальных.

– Это была домашняя работа по литературе. Я не (слово «собирался» застряло у меня в горле, я чувствовал, что сейчас начну заикаться, поэтому нашел другое) я не хотел отправлять ее. Я даже не знал, что мисс Липпетс отправила ее вместо меня.

– Не надо скромничать, Джейсон! – воскликнула тетя Эллис.

– Он выиграл прекрасный словарь, – сказала мама.

– Жду не дождусь, когда ты прочитаешь нам свою поэму, Джейсон. – Сказал Алекс. Его сарказм проскочил, не замеченный радарами взрослых.

– Не могу, – сказал я. – У меня нет той тетрадки.

– Какая жалость.

– Фотография Джейсона даже появилась в «Малвернском вестнике», – сказала мама. – Я могу поискать ее после ужина, если хотите.

(Одно воспоминание об этом было пыткой. Они прислали фотографа в школу, и он заставил меня позировать в библиотеке с книгой в руках, я выглядел, как законченный педик.)

– Поэты. – Дядя Брайан причмокнул губами. – Судьба поэта – подцепить неприятную болезнь от парижанки и умереть в дешевой комнатушке на берегу Сены. Неплохая перспектива, а, Майк?

– Чудесные креветки, Хелен. – Сказала тетя Эллис.

– Замороженные, из нашего филиала «Гренландии» в Ворчестере, – сказал отец.

– Нет, Майкл, они свежие. Я купила их у торговца рыбой.

– Да? А я и не знал, что у нас здесь обитают торговцы рыбой.

– А о чем она – твоя поэма, Джейсон? – спросил Алекс. Он все никак не мог успокоиться. – О цветущей весне? Или о любви?

– Ты все равно не поймешь, – сказала ему Джулия. – Поэме Джейсона очень далеко до великой, утонченной и зрелой лирики группы Скорпионс.

Хьюго прыснул, чтобы досадить Алексу. И – чтобы показать мне, что он на моей стороне. Я готов был расцеловать Джулию за эти ее слова. Ну, почти готов.

– И вовсе не смешно, – буркнул Алекс.

– Не хмурься, Алекс, – сказал Хьюго. – А то морщины появятся.

– Так, мальчики, хватит, – предупредила тетя Эллис.

Мы передавали друг другу огромную роскошную соусницу. На моей тарелке рядом с островком из пюре я создал Средиземное Соусное море. Кончик морковки служил Гибралтаром.

– Налетайте! – сказала мама.

– Божественные отбивные, Хелен, – сказала тетя Эллис.

Дядя Брайан изобразил нелепый итальянский акцент:

– Они простто таят-тто во рту-тто!

Найджел с восхищением посмотрел на него.

– Главная хитрость – это маринад, – сказала мама тете Эллис. – Я дам тебе рецепт после ужина.

– Еще чуточку вина, Майкл? – Дядя Брайан до краев наполнил отцовский бокал (это была уже вторая бутылка) прежде, чем отец успел ответить. Потом подлил еще себе и снова сказал мне: – Эй, а малец-то подрос! – Повернулся к маме: – Так, Хелен, как я вижу, твой узкоглазый драндулет до сих пор стоит в гараже. Почему он еще не на свалке?

На лице мамы появилось вежливое недоумение.

– Твоя машина, Хелен. «Мицубиси»! Если б не твой талант повара, я бы арестовал тебя за нарушение «Первого Закона Автомобилей». Не верь япошкам и тому, что они там штампуют у себя на острове. Немцы – вот кто действительно понимает толк в машинах. Видела новую рекламу Фольксвагена? Там мелкий такой, узкоглазый, зубастый, бегает кругами, пытается найти новый Фольксваген Гольф. А потом машина просто падает на него с потолка – и давит его. В лепешку! Я так смеялся – чуть не описался, ей-богу! Правда, Эллис?

– Насколько я помню, ваш фотоаппарат фирмы «Никон», дядя Брайан. Это японская фирма. – Джулия вытерла губы салфеткой.

– На самом деле японцы выпускают отличную технику, – сказал Хьюго.

– И компьютерные чипы, – добавил Найджел.

– И мотоциклы у них клевые, – вставил я.

Дядя Брайан недоверчиво пожал плечами:

– Так я об этом и говорю! Японцы воруют наши технологии, уменьшают их до своих размеров и потом продают нам же! Правильно, Майк? Майк? Ну уж здесь-то ты должен быть на моей стороне, а? Эти япошки воевали заодно с нацистами во второй мировой – и даже не извинились! Им все сошло с рук!