Шрифт:
Вновь обрести величие греков или великих русских через эту невинность второго уровня. Не бояться. Ничего не бояться… Но кто придет мне на помощь!
В тот день, по дороге из Граса в Кан, в состоянии невероятного внутреннего возбуждения он внезапно понимает после стольких лет связи, что любит Джессику, что он наконец любит, и весь мир вдруг кажется ему погруженным в тень рядом с ней.
Я не участвовал в том, что говорил или писал. Это не я женился, не я стал отцом… и т. д. …
Многочисленные списки беспризорных детей, найденных при колонизации Алжира. Да. Мы все здесь найденыши.
Утренний трамвай из Белькура до Губернаторской площади. Передняя площадка – вагоновожатый и его рычаги.
Я расскажу историю о чудовище.
История, которую я собираюсь рассказать…
Мама и история: Ей сообщают про спутник: «О, мне бы не хотелось оказаться там!»
Глава с обратным движением. Заложники в кабильской деревне. Оскопленный солдат – прочесывание и т. д. И так постепенно – до первого выстрела колонистов. Но зачем на этом останавливаться? Каин убил Авеля. Вопрос: отдельная глава или сквозная тема?
Растейль: колонист с большими усами и седеющими бакенбардами.
Его отец: плотник из предместья Сен-Дени; мать – прачка.
Все колонисты – парижане (многие – с баррикад 1848 года). В Париже безработица. Учредительное собрание проголосовало за выделение 50 миллионов для отправки переселенцев в колонию.
Каждому переселенцу:
жилье от 2 до 10 гектаров
семена, культуры и т. д.
Рацион продовольствия.
Железной дороги не было (она шла только до Лиона). Дальше по воде – на баржах, которые тянули лошади. «Марсельеза», «Песнь уходящих в бой», благословения священников, знамя для Мондови.
6 барж, от 100 до 150 м каждая. Спали на соломенных тюфяках. Женщины, чтобы переодеться, по очереди загораживали друг друга простынями.
Путешествие длилось около месяца.
В Марселе – неделя карантина в большом лазарете (1500 человек). Потом их погрузили на старый колесный пароход: «Лабрадор». Отплытие во время мистраля. Пять дней и пять ночей качки, у всех морская болезнь.
Бон – все население встречает переселенцев на пристани.
Багаж был свален в трюмы, чьи-то вещи пропали.
Из Бона в Мондови (на армейских повозках, мужчины – пешком, чтобы женщинам и детям было свободнее) без дороги. Напрямик, через болотистую равнину и колючие заросли, под враждебными взглядами арабов, сопровождаемые почти на всем пути сворами воющих кабильских собак – 8.ХII.48 [190] . Мондови еще не существовало, там были только солдатские палатки. Женщины плакали в темноте 8 дней алжирский ливень стучал по палаткам, вади вышли из берегов. Дети справляли нужду прямо в палатках. Плотник строит временные навесы и натягивает на них простыни – чтобы хранить вещи. Резали на берегах Сейбуза полый тростник, чтобы дети через него мочились наружу.
190
Обведено автором.
4 месяца в палатках, потом – временные дощатые бараки; в каждом бараке с двумя отсеками размещалось по шесть семей.
Весна сорок девятого: раннее начало жары. В бараках нечем дышать. Малярия, потом холера. Восемь-десять смертей в день. Умирает дочь плотника – Опостина, потом жена. И брат жены (их хоронят в залежах туфа).
Предписание врачей: Пляшите, чтобы разогреть кровь.
И они пляшут по ночам, между похоронами, под скрипку.
Землю начали раздавать только в 1851 г. Отец умирает. Розина и Эжен остаются одни.
Чтобы пойти постирать белье в Сейбузе, требовалась военная охрана.
Солдаты сооружают укрепления + рвы. Дома Они строят сами и сажают сады.
Вокруг деревни бродят львы (нумидийский лев с черной гривой). Шакалы. Кабаны. Гиена. Пантера.
Нападения на деревню. Кражи скота. Между Боном и Мондови увязла телега. Люди пошли за подмогой, оставив молодую беременную женщину. Вернувшись, нашли ее со вспоротым животом и отрезанными грудями.
Первая церковь, голые стены из необожженного кирпича, стульев нет, несколько скамей.
Первая школа: шалаш из бруса и сухих веток. Три сестры.
Земля: разрозненные участки, люди пашут с ружьем за спиной. Вечером возвращаются в деревню.
Июнь 51: восстание. Сотни всадников в бурнусах окружают деревню. Жители выставляют из-за укреплений печные трубы, изображая пушки.
Парижане в поле: многие пашут в шапокляках, их жены – в шелковых платьях.
Запрещается курить сигареты. Разрешена только трубка с крышкой. (Из-за пожаров.)