Из набежавших было туч выплеснулось солнце, порыв ветра затрепетал ярким куполом над их головой, рванул со стола салфетки. С утра было пасмурно, но тепло, и они сидели на летней веранде маленького «студенческого» кафе, а не внутри, как обычно. К обеду распогодилось. Сейчас тут почти пусто, большая перемена в ближайших универе и трех колледжах закончилась; вот через полтора часа будет не продохнуть. Впрочем, на качество кофе и выпечки здесь это никогда не влияло.

– Может, тебе к психологу? – неуверенно предложила подруга. – Они, говорят, такие проблемы решают.

– Не смеши мои тапочки, - фыркнула Марина. – Еще к психологам я не ходила. Деньги на ветер…

– Понял, понял, молчу…

– Нет, Наташ, я просто устала, наверное. Выспаться надо.

Подруга прищурилась, глянула насмешливо и сочувственно:

– Проблем тебе, дорогая, не хватает, вот что. Слишком все гладко, вот и расслабилась…

Марина хмыкнула.

– Думаешь? Может быть.

– Ну, так и найди их себе!

– Неохота, - засмеялась Марина. – Это ж шевелиться надо, вставать, искать. А мне лень.

– Да-а-а, - протянула подруга, вставая. – Тяжелый случай. Тут, батенька вы мой, медицина бессильна. Тут разве что кофе спасет, да и то ненадолго.

– Вот то-то и оно, - заключила Марина.

В тот день работалось с трудом, Марина то и дело отвлекалась, в голову лезли посторонние мысли. Наверное, правда устала. Надоело все. Что-то все время отрывало от работы – то солнце светит слишком ярко, то включить кондиционер, то выключить, то залетела откуда-то шальная стрекоза, и Марина долго гонялась за ней по всему кабинету, чтобы как можно аккуратнее поймать и выставить вон, еще стрекозы мне тут не летали. Гора бумаг на столе не уменьшалась, кофе хотелось больше обычного. Бросить бы всю эту мутотень да пойти уже домой, но как бросишь – на носу полугодовой отчет.

Зажралась ты, мать, вот что. Права Наташка, подружка любимая, - с жиру бесишься. Проблем тебе не хватает. Колодец она высохший, подумайте-ка. Забыла, как болел маленький Дениска, как просвета не видела, как домой ноги не шли, черно было в глазах? Тогда, что ли, была не высохший? А как Игорь - Гошка-растрепа, начальник и друг в одном флаконе - это дело с нуля поднимал, и ты ночевала на работе, тоже забыла? А как наехали на Павку с его магазинчиком, и вы выскребали все запасы, выворачивали карманы, занимали по всей родне, чтоб только не убили, чтоб живым остался, какой уж там магазинчик… Навек зареклись с собственным бизнесом связываться. А теперь – несколько лет спокойной жизни, ну, относительно спокойной, разве не об этом ты мечтала?

Но почему же раньше-то и шутила, и смеялась, и пела, и такие шали выходили из-под ее спиц – заглядеться можно было, девчонки на работе в очередь выстраивались – где оно все теперь? Почему, валясь с ног после бессонных ночей, могла она за пятнадцать минут выдать на-гора свежайшие булочки – на ужин сыну и мужу, а теперь – пылятся без дела купленные на заказ в каталоге формы и сковороды? Где оно все… в зеркале – скорбно поджатые губы и потухший взгляд - старость, что ли? Так ведь всего сорок три…

Колодец пустой, тоже мне. Работай давай, нечего дурью маяться. Вот не сдадите всем коллективом отчет, будут вам и проблемы, и чай со звездами.

До конца работы оставалось немногим больше часа, когда в бухгалтерию зашел шеф. Пошутил, как обычно, с девочками, учинил разнос бестолковой молоденькой операционистке, потом зашел к Марине. Странно, подумала она, обычно Игорь, если что-то нужно, сам ее вызывает. Непривычно рассеянным взглядом обвел ее всегда аккуратный, чисто прибранный кабинет, постоял у окна, провел ладонью по листьям фикуса в углу (жутко надоел, все руки никак не доходят выставить его к девочкам, а себе насажать уже, наконец, нормальных фиалок). Однако что это сегодня с начальством такое? Выпил, что ли, вчера на встрече с немцами лишнего?

Шеф протянул листок с размашисто, от руки написанными строчками.

– Марина Станиславовна, проведите как спонсорскую помощь.

Марина вчиталась в небрежно нацарапанные буквы, подняла голову.

– Что это? – спросила с удивлением. – С каких пор? Или я чего-то не знаю? Игорь Сергеевич, вы же сами сказали: до конца года никаких излишеств. Или у нас неучтенная прибыль намечается? Где средства-то будем брать?

– Найдем где-нибудь, - махнул рукой шеф, – там надо – копейки. А на будущий год, Бог даст, выделим под них отдельную статью.

– Фестиваль народных ремесел... гм.

Она поднялась, обошла стол, остановилась перед шефом. Внимательно посмотрела в глаза.

– Гоша, зачем тебе это? Ты меценатом заделался? В бюджете дыра на дыре.

Он тихонько вздохнул. Осторожно сдвинул с заваленной бумагами столешницы часть папок, сел на край, закурил. Помахал рукой, разгоняя дым.

– Марин… кому бы другому, а тебе врать не буду. Это мне надо, понимаешь? Все я знаю и про дыру, и про кризис. Надо так.

– Что-то случилось? – взгляд ее стал жестким.