–  Нет.

–  На одну ночь. Сто тридцать два доллара и тридцать семь центов.

Хозяин кота поднимает одну бровь. Корка грязи на лбу идет трещинами.

–  Сто пятьдесят.

–  Вы же знаете, у меня нет такой суммы.

–  Тогда пусть рыжая покажет сиськи. Томми переводит взгляд на Джоди, потом на кота, потом опять на Джоди.

–  Нет, - сухо произносит Джоди.

–  Нет, - изображает обиду Томми.

–  Как у вас только язык повернулся предложить такое?

–  Одну сиську, - сбавляет цену нищий.

Томми смотрит на Джоди. В ее зеленых глазах читается: «Я тебе такое устрою, что бригады хирургов не хватит проковырять тебе заново задний проход».

–  Ни за что, - говорит Томми.
– Сиськи рыжей не в теме.
– Глаза у него так и бегают: Джоди - нищий; нищий - Джоди.

Попрошайка пожимает плечами:

–  Мне нужен залог. Типа водительские права…

–  Конечно, - перебивает его Томми.

–  …и кредитная карта?

–  Нет.
– Джоди наглухо застегивает молнию на своей куртке.

–  Да уж ладно вам, - грустит бродяга.

–  И так все счастье мимо. Как всегда.

–  Я покажу кота тетушке и завтра верну его вам, примерно в это же время.

–  По рукам, - соглашается нищий.
– Его Четом кличут.

–  Ты первая, - говорит Томми.

Они вернулись в свою мансарду. Посреди комнаты на тюфяке возлежит Чет, помесь перса, швабры и, наверное, антилопы-гну. Томми про себя твердо решил не терять самообладания ни при каких обстоятельствах, хотя предвкушение крови уже взвинтило его так, что он готов по стенкам бегать. А почему бы и нет - только смутный страх упасть и останавливает. Нет, не только, - он ведь не салага какой (не то что пару месяцев назад, когда он появился в Сан-Франциско), чтобы принимать все близко к сердцу и позориться перед своей девушкой. Ни за что. Главное не выеживаться и держать себя в руках.

–  Нет, ты первый, - сопротивляется Джоди.
– Ведь ты еще ничего не ел.

–  А ты отдала старому вампиру часть своей крови. Тебе надо поесть.

Хоть она и правда отдала вампиру часть своей крови (после того, что Томми и его кореша учинили с его яхтой и еще кое с чем, вампиру явно следовало подкрепиться), но про себя Томми надеется, что она опять откажется.

–  Нет, только после вас, монсеньор, - произносит Джоди с деланным французским акцентом.
– Я настаиваю.

–  Ну уж если мадемуазель настаивает… Томми изготавливается и кидается на кота.

С чего начинать, он понятия не имеет, но перед глазами у него здоровая красная аура животного, а в ушах - стук кошачьего сердца. Этот стук отдается в голове лопающимся звуком, словно кто-то давит пузырьки на упаковочном пластике. Звук этот усиливается, начинает зудеть небо. Что-то с силой впивается в нижнюю губу. Томми отрывается от кота и улыбается Джоди. Та визжит и отскакивает в сторону.

–  Пфомафка, - шамкает Томми.

–  Вижу, - отвечает Джоди.

–  А фто ты так пефепуфалась?

–  От неожиданности.
– Джоди старательно отводит глаза, будто перед ней пламя сварки или полное солнечное затмение, на которые нельзя смотреть без темных очков.

Собравшись с духом, она понукает Томми:

–  Давай, давай. Осторожненько. Не перестарайся.

–  Ффяс, - скалит зубы Томми. Джоди поспешно отворачивается.

Томми заключает кота в объятия (вид у животного куда более равнодушный, чем у обоих вампиров) и кусает.

–  Ферт фофери!
– Томми поднимается с колен и пытается счистить с языка кошачью шерсть.
– Гафость какая!

–  Стой смирно!
– Джоди обирает у Томми с лица прилипшие волоски, приносит из кухни стакан воды и бумажное полотенце и вытирает Томми язык.

–  Прополоскай рот. Только не глотай. А то стошнит.

–  Пфоглофиф тут фто-нибуфь! Не отплеваться!

Выгребая у Томми изо рта остатки шерсти, Джоди цепляется пальцем за правый клык.

–  Ой!
– Она резко отдергивает руку и сует палец в рот.

–  О господи!
– Томми хватает Джодин палец и сует в рот себе.

Глаза у него закатываются, из груди исторгается стон.

–  Не надо, - выстанывает Джоди, вцепляется зубами в руку Томми и припадает к любимому, как рыба-прилипала к акуле.

Томми рычит, поворачивает Джоди к себе задом и бросает лицом на тюфяк. Не отрываясь от его руки, девушка сдвигает волосы в сторону, и Томми вонзает зубы ей в шею. Во рту у Джоди булькает кровь, в которой вязнут восторженные крики. Чет шипит и забивается под кровать. Звуки рвущейся одежды и рык хищников наполняют комнату.

Вся ирония заключается в том, что здоровенный котяра Чет даже не замечает, насколько эти звуки напоминают об игрищах настоящих больших кошек.