– Завтра отправимся в Будапешт. Я планировал лететь на конференцию с пресс-секретарем. Полетишь с нами. Поработаем над кампанией удаленно, – распорядившись, Евгений Николаевич, открыл передо мной дверь, пропуская вперед и вышел из кабинета следом. Офис уже стоял на ушах. Мне даже показалось, что в каждом работнике затаилась та самая крыса, которую мы собирались искать, потому что все как-то странно зашевелились, будто подчищая за собой. А я, будучи виновницей всего происходящего, вышла сухой из воды. Пока что.

Все-таки, я уговорила Женю отменить охрану. Во мне зародилась очередная глупая мысль. И контроль мне был не нужен. Уверив, что за вечер со мной ничего не случится, потому что я буду дома, а поскольку завтра мы вместе летим в Венгрию, Олейник лично сможет присматривать за мной. Это его успокоило, хоть и самую малость, но он согласился. Забавно было, что он не вспомнил даже о своей жене и о возможности того, что ей уже могли донести эти пикантные новости о нас с Женей. Хотя, может это он при мне не стал звонить своей Юльке.

Я же не поехала домой, а помчалась в Гарант, желая повидаться с Измайловым. О своем незапланированном визите я не сообщила. Потому цербер в лице Маркиной не сразу пропустил меня в кабинет к Никите.

–Маргарит Санна, у Вас назначено? – с недовольством спросила секретарша, глядя на меня исподлобья, всем своим взглядом выражая презрение, ненависть и, знаете, в ее глазах я заметила горделивые нотки. С чего бы это она нос стала задирать?

–Ирочка, по-моему мы уже проходили это “МаргаритСанна”. Повторяю, в последний раз. Маргарита Александровна.

–Ритонька, прости. Но без записи пропустить не могу. Это раньше у тебя были привилегии, – попыталась максимально ехидно произнести Маркина. Я же, смерила ее оценивающим взглядом и переклонилась через стойку ее стола, чтобы оказаться к женщине максимально близко.

–То, что ты отсосала у начальника, никаких привилегий и тебе не даст, Ирочка, – лукаво шепчу Маркиной, глядя в ее растерянные глаза. Залилась краской, рот раскрыла, хотела что-то возразить, но не нашлась с ответом. Потому я решила продолжить, лишь подтвердив таким эмоциональным ответом Ирины, свои предположения.

–Откуда я знаю? Ты борзеть начала. Почему я уверена, что ты ему минеты строчишь и не более того? Потому что рыжую он бы трахать не стал. Так что, давай по-хорошему, если не хочешь, чтобы я тебя на всю компанию опозорила. Вспоминай, где твое место и сообщи Никите Алексеевичу, что к нему пришла Дорофеева Маргарита Александровна, – как змея я шипела это с желчью, неясно откуда накопившуюся. Но мне доставляло невероятное удовольствие, наблюдать за тем, как попускается эта рыжая секрутутка.

Никита вышел со своего кабинета, вопросительно глядя на меня.

–Рита? Почему не заходишь? – не сразу сообразил о преграде на моем пути к его кабинету, спрашивает Никита.

–Твоя помощница не пускает, – я лишь невинно пожала плечами.

–Ира, какие-то проблемы? – Измайлов развел руками, глядя на Маркину. Ирина же, пыхтела, как закипающий чайник, испепеляя меня ревностным взглядом.

–О, кажется, мои привилегии здесь все еще действуют, – шепнула я секретарше, проходя в кабинет Никиты.

–Малыш, прости, я просто не ожидал, что ты придешь и…Маркиной сказал, что меня ни для кого нет, – Никита подался мне навстречу, заключая в свои объятия.

–Я рад, что ты пришла…Думала? – какой там…оказавшись в объятиях любимого мужчины, я забыла как дышать. Мысли снова перемешались в бесформенную жижу. А я, закрыв глаза, ощутила, как кружится голова от дурманящего запаха. Сигареты, мята, парфюм и запах его тела. Я невольно подняла руки, обнимая Никиту в ответ. Для меня весь мир перестал существовать, когда я, прижавшись головой к его груди, услышала учащенное сердцебиение, чувствуя, как и мое колотится под ребрами, в унисон с его. Все перестало иметь смысл, потому что моим смыслом был Измайлов. Сколько мы совершили глупостей, играя друг с другом в салки. А теперь появился еще кто-то, решивший отобрать его у меня. Я готова была бросить все и расставить точки над “i” прямо в эту секунду. Торжественно заявить, что готова дать нам еще один шанс, начать с нуля. Но тогда, в свете последних событий, все могло закончиться, не успев толком начаться. Потому я и пошла на такой шаг…

–Да, Никит, давай поговорим, – отпускаю его, так неохотно отстраняясь, словно отрывая себя от него. Измайлов сел в свое кресло, я же уселась на край стола.

–Никит. У меня на работе небольшие трудности. Мне сейчас трудно думать еще о чем-то, кроме идеально проведенной рекламной кампании. А я постоянно отвлекаюсь на нас, вместо того, чтобы собраться и сосредоточиться на работе. Что если этот период, пока все устаканится, послужит нам обоим временем для размышлений и раздумий? – вопрошающе гляжу на Измайлова. Он молча поднимается и подходит ко мне, ласково касаясь рукой моей щеки, заглядывая в мои глаза.