– Не знай я вашего рассказа, я предположил бы, что он мертв, - сказав это, доктор махнул в сторону магловских приборов, которые показывали нулевое сердцебиение.
– Ну, а зная произошедшее, я могу предположить лишь то, что он слышит все, что происходит снаружи.

Джинни села на кровать и, вздохнув, заговорила страдальческим голосом:

– Гарри, любимый мой, если ты меня слышишь, то, пожалуйста, очнись. Мне очень нужно, чтобы ты вернулся. Я же тебя люблю. И ты это знаешь. К тому же, я твоя судьба. Так сказала Фритгива. Помнишь?
– голос Джинни стал постепенно терять мягкость, приобретая властные и требовательные оттенки.
– А на счет заклинания... Гарри, как такое могло произойти? Как ты мог довериться Малфою и какому-то неизвестному заклинанию? И вообще это же неслыханный скандал. Ты и он. Абсурд. Не сомневаюсь, что у него были черные планы. Наверное, он хотел убить тебя, поэтому ты должен очнуться, чтобы выступить перед прессой и рассказать им правду о Малфое. Сказать, что он убийца, что его нужно упрятать в Азкабан, как и его отца. Да и вообще....

– Миссис Поттер, - в ужасе воскликнул доктор, кидаясь к Гарри, - замолчите. Разве вы не видите, как он побледнел? Если раньше кровь еле ощутимо передвигалась по сосудам, то вы же ее совсем останавливаете. Вы только делаете хуже.

– Да что вы говорите? Я говорю ему о том, ради чего мой муж должен вернуться. Не мешайте мне, - ответила Джинни, оттолкнув врача от постели.
– Гарри, дорогой...

– Вы же его убьете, - возразил тот, вновь двинувшись к Поттеру.

Но тут ему в шею уперлась палочка и он застыл. Рон придвинулся ближе и тихо прошипел:

– Либо он достается нам, либо никому. Не мешайте, док.

Внезапно палочка Рона выскользнула из его пальцев и полетела к дверям. Уизли попытался ее поймать, но безуспешно. Обернувшись, он замер в оцепенении. В дверях стоял Драко Малфой.

– Катитесь-ка отсюда, пока живы и здоровы.

Прибор тихо пискнул, но никто, кроме доктора, не обратил на это внимания, поскольку тихий звук был перекрыт криком рыжего.

– Малфой! Какого черта ты тут делаешь? Как ты нас нашел, ублюдок? Я же тебя голыми руками задушу! Вали отсюда!

– Послушай-ка меня, Уизел, я не собираюсь тратить свое время на то, чтобы вновь объяснить тебе значение слова «ублюдок». Мне сейчас главное - спасти Гарри, которого ты и твоя недалекая сестрица чуть не убили. Чтобы он очнулся, его душе нужно дать стимул для жизни, а тем, что вы говорите про семью, репортеров, про меня в Азкабане, вы только еще больше запечатывали его душу.

– Я его вторая половинка!
– взревела Джинни, вскакивая с постели.

– Да черта с два! Ты....

– Да замолчите вы все!
– крикнул доктор, перебивая эту перепалку. Он указал на линию на дисплее, которая потихоньку начала колебаться.
– Его сердце забилось.

– Я же говорила, что я...

– Нет, - отрезал тот.
– Нет. Это началось, когда заговорил мистер Малфой. Я врач и ставлю здоровье пациентов на первое место. Для меня важнее спасти мистера Поттера, чем ваши желания, поэтому, прошу вас, мистер Уизли и миссис Поттер, покинуть палату, - те только хотели раскрыть рты, как доктор их опередил.

– Я ушел из мира магии, но палочка еще при мне, и я применю ее против вас, если вы сейчас же не уйдете. Думаю, и мистер Малфой мне поможет.

Драко кивнул, на что Джинни и Рон заскрипели зубами, но, все же, вышли.

– Мистер Малфой, я надеюсь, вы знаете что делать?
– с надеждой спросил врач, когда разъяренная парочка рыжих покинули больничную палату.

– Если честно, то нет, но я постараюсь сделать все, что в моих силах. В моих интересах, чтобы он очнулся.

– Тогда удачи вам, - произнес мужчина, направляясь к выходу.

– Спасибо.

Стоило двери закрыться, как Драко сразу наложил запирающие и заглушающие чары и направился к Гарри. Присев на постель, он склонился над брюнетом и невесомо коснулся его губ.

– Эй, Герой, я ж знаю, что ты меня слышишь, - в голосе блондина звучала нежность и тихая грусть, - и, признаться честно, ты должен бояться моего гнева, - сказав это, Драко усмехнулся.
– Как ты мог меня бросить? Ну, ладно, да, не бросил, а применил это заклинание, но ты хоть представляешь, что я пережил? Я готов был руки на себя наложить. Слава Мерлину, у меня было одно «но», не позволившее мне это сделать. Хочешь, скажу, что это за «но»? Я хотел бы, конечно, сказать тебе свою потрясающую новость, глядя в глаза, чтобы увидеть твою реакцию, но боюсь, что если я не скажу тебе это сейчас, то ты этого вообще можешь не узнать. Меня остановил наш ребенок. Наш сын. Слышишь, Гарри? Я родил тебе сына. Да, я понимаю, наверное, это было подло, сделать все за твоей спиной и ничего тебе про мой план не сказать. Но я просто понимал, что, скажи я тебе об этом, ты бы запер меня где-нибудь из-за этой гребанной войны. А я не хотел лишь сидеть и ждать, пока остальные разберутся с возникшей проблемой. Я надеюсь, ты не будешь на меня злиться. В любом случае, все уже позади. Знаешь, как я его назвал? Скорпиус Гиперион Поттер-Малфой. У него светлые волосы и мои серые глаза, но в остальном он точная твоя копия.

Ты, наверное, спросишь, как такое возможно? Это возможно. С помощью зелья. О нем никому не известно, это тайна, связанная с моей семьей, но я расскажу ее тебе, когда ты очнешься. Эта история просто очень долгая и я хочу рассказать тебе ее, когда мы будем лежать на ковре перед камином в гостиной нашего дома, а рядом, в люльке, будет сладко спать наш сын. Гарри, прошу, вернись. Ради меня и нашего сына. Умоляю. Я хочу быть с тобой. Я люблю тебя, - Драко поцеловал теплые губы и шепотом добавил.
– Я жду тебя здесь.