Шрифт:
Сестра принесла сковороду с яичницей. Уселись за стол.Тамара разлила вино по бокалам.
–За встречу,-потянулась бокалом к Алине.
Виноградные листья шатром укрывали беседку. Сквозь них пробивались лучики, узорно освещали накрытый стол.
–Хорошо то как!– выдохнула Алина.
–Уксит вино?
– спросила Тома.
–Нет , сладенькое,-улыбнулась Алина.
Потом она рассказывала о поездке в монастырь. Но о своей просьбе к Параскеве, как и в разговоре с мужем, умолчала. Терпкое вино слегка вскружило голову. Алина понимала, что говорит почти не умолкая, но остановиться почему-то не могла.
–А потом недельки через две мы ездили в Судак. Праздновали день рождения Яны…
–На автобусе?– спросила Тамара.
–Нет. Инна арендовала маршрутную газель. Но шашлыки в лесу пожарить не удалось-дождь пошёл. Сидели в ресторане. Ели, пили, танцевали. До дождя успели в крепости побывать. Оттуда вид… Море как на ладони. А на холме за городом три высоченных креста стоят. Киношники оставили, когда снимали фильм "Мастер и Маргарита"…Я на днях передачу смотрела про актёра, который Христа играл…Так вот, он рассказывал, что когда висел на кресте испытал что-то необычное, мистическое…
От выпитого вина щёки Тамары раскраснелись, но глаза смотрели по трезвому пытливо.
–Что именно?-спросила она.
–Боль, страх, отчаяние. Ведь Иисус жил жизнью обыкновенного человека. Был сыном плотника. Общался с простыми людьми. И только выполнив свою тяжёлую миссию он нарёкся Сыном Божьим…Знаешь, в Евангелии мне дорог один эпизод…О том как Иисус молился в Гефсиманском саду накануне своей казни. Там написано: "И был пот его как капли крови" и просил он "да минует меня чаша сия", а потом добавил: "впрочем не моя воля. Твоя воля". Я думаю, что как всякий нормальный человек, он страшился казни. Но доверие к Господу было настолько велико, что он пошёл на пытки и мучительную смерть…
–Почему ты об этом сейчас вспомнила?
–Со мной что-то произошло после монастыря. Что-то необычное, но радостное…
–Муж вернулся, вот и радуешься,-улыбнулась сестра.
–Это раньше началось. Ещё до его возвращения.
Тамара недоверчиво сощурила глаза. Потом сгребла остатки яичницы со сковороды в тарелку Алины.
Должно быть она решила, что я от вина плету невесть что -подумала Алина.-Как же ей объяснить?
–Понимаешь,-снова приступила к разговору с сестрой Алина.-У меня в последнее время такое ощущение, что я вернулась в детство. Вот иду сегодня утром, а в траве сеточка паутины. На ней капли росы блестят как алмазы. У меня дух захватило, как когда-то в детстве, когда я замечала что-то красивое в природе…
Сестра поднялась, стала собирать посуду, сказала:
–Ты и внешне изменилась. Будто помолодела. И глаза блестят. Я вначале подумала, что у тебя со Стасом что-то вроде медового месяца началось.
–Это здесь не при чём. Это не физическая радость…Другая…Духовная…
Они отнесли посуду в летнюю кухню. Тамара мыла тарелки, бокалы. Алина, перекинув полотенце через плечо, вытирала их, думала, о том что ничего объяснить сестре она не сможет и зря затеяла этот разговор. Лучше молчать, а то решат, что я так обрадовалась тому что муж вернулся, что от счастья рассудком повредилась. Но вслед за этими невесёлыми мыслями в уме пронеслось, как утешение: "от избытка сердца говорят уста".
–Я недельки через две в Москву уезжаю,-сказала сестра.-Зовёт меня одна москвичка, что у меня отдыхала. Устроюсь на работу. А к лету вернусь.
–Хорошо придумала. У нас в городе работу искать сложно. Особенно в зиму.
–Стас не может мне рыбки солёной сделать? В гостинец хочу повезти .
–Конечно сможет. Единственное, что он не сможет сделать- это обмануть меня. Обмануть меня теперь никто не сможет.
Глаза сестры округлились. Открылся и снова закрылся рот.
–Откуда такая уверенность?-спросила она, высоко вздёрнув брови.
–Не знаю, -ответила Алина. Сняла с плеча полотенце, бросила его на спинку стула.-Со мной и правда что-то происходит…Вот только объяснить не могу, не получается.
–Давай чайку попьём?-предложила сестра.-У меня варенье есть из инжира.
–Давай. А к автобусу я успею?
– До автобуса ещё сорок минут. Я тебе инжира дам . И расскажу как варенье варить.
–Особая технология?– улыбнулась Алина.
–Есть нюансы, -засуетилась по кухне сестра.-В него обязательно нужно лимон дольками нарезать…
К остановке пришли заранее. Сюда, на берег Азова автобус ездил из города четыре раза в день. Этот рейс был последним. Сёстры молчали. Алина смотрела на море. У линии горизонта застыл полукруг заходящего солнца. Ярко оранжевый, он походил на дольку апельсина. От солнечного полукруга по воде бежала к берегу жёлто-розовая дорожка. По дороге гнал стадо овец татарский мальчик. Рядом с ним гордо ступала мощными лапами огромная собака.
–Алабай,-сказала Алина.
–Что?-оторвалась от своих мыслей сестра.