Шрифт:
— Стой! — крикнул Новотны приближающейся фигуре. Его голос звучал властно, надменно и напряжённо. — Назови себя!
Тёмный силуэт продолжал идти.
Его плечи были расправлены, но теперь Балидор заметил, что он что-то сжимает в руке. Это было похоже на…
— Господи. Это что, голова? — в голосе Юми слышалось отвращение.
— Что с ней случилось, чёрт возьми? — в голосе Онтари звучало такое же отвращение.
Существо продолжало идти, не сбавляя шага.
Теперь оно было в двадцати метрах от них.
— Стой! — прорычал Новотны. — Остановись!
Балидору пришло в голову, что он обращался к приближающемуся видящему только на английском.
— Новотны! — Балидор пришпорил свою лошадь. — Ты даже не знаешь, понимает ли он тебя! Мы думаем, что он может быть видящим. Дай нам допросить его!
И снова человек не удостоил его даже взглядом.
Балидор знал, что тот услышал его.
Губы Новотны скривились в усмешке, когда он услышал, как Балидор сказал, что к ним, возможно, приближается видящий. Его взгляд стал более жёстким, устремлённым на снег.
— Стой! — крикнул Новотны по-немецки.
Тёмная фигура резко остановилась.
Все в их компании затаили дыхание.
— Что у тебя с собой? — спросил Новотны дальше, опять же по-немецки.
— Голова лидера Восстания, — ответил видящий.
Голос был на удивление глубоким, почти хриплым.
Люди и видящие из охотничьего отряда обменялись взглядами.
— Gaos di'lanlente a’ guete… — пробормотал Джем себе под нос.
— И как она попала в твои руки? — властно потребовал Новотны.
— Я удалил её, — категорично заявил видящий. — Ножом.
Он бросил предмет вперёд, на снег, и Балидор поморщился от этого звука.
Он поморщился ещё сильнее, когда увидел, в каком состоянии находилась часть тела.
Голова и череп казались неестественно маленькими, словно продавленными внутрь. Там, где голова катилась по снегу, оставался кровавый след. Балидор посмотрел за спину видящего и увидел тонкую дорожку из алых капель поверх следов ног.
Теперь видящий был примерно в пятнадцати метрах от Новотны.
— Зачем? — спросил Балидор, повысив голос.
Тёмный видящий повернулся к нему.
Теперь у Балидора не осталось сомнений в том, что перед ним видящий.
— Его нужно было убить, — сказал мужчина.
По спине Балидора пробежал холодок.
Gaos. Он узнал этот голос. Он знал его.
Он слышал его в своих снах, когда это существо нападало на него во сне.
Он слышал его на поле боя.
Во время тех сражений и даже в снах Балидора существо не говорило по-немецки, поэтому Балидор не сразу установил связь.
В пылу битвы и в кошмарных видениях, которые возникали в его сознании во время сна, этот голос говорил только на одном языке — на прекси, языке видящих. Он говорил на древнем, малоизвестном, почти эзотерическом диалекте с акцентом и построением фраз, которых Балидор ни у кого больше не слышал. Он даже не слышал такого от старейшин видящих.
— Ты Syrimne d’Gaos? — спросил Балидор.
Все уставились на него.
Люди посмотрели на него. Почти все видящие на лошадях тоже уставились на него. Балидор оглядел их и увидел, как побледнела Юми, как выпучились глаза Онтари, как приоткрылся рот Пагоя. Только Даледжем не смотрел на него в упор.
Даледжем стиснул челюсти, не сводя глаз с фигуры на снегу.
Фигура на снегу тоже смотрела на Балидора.
Балидору показалось, что он увидел на его лице улыбку.
Или, скорее, ухмылку, когда один уголок рта приподнялся выше другого.
— Есть те, кто называет меня так, — признал тот.
— Зачем ты его убил? — холодно спросил Новотны.
Балидор не мог не отдать должное этому человеку.
Окружавшие его люди, казалось, были готовы сорваться с места и пустить лошадей в бешеный галоп, лишь бы оказаться подальше от этого места. Все они смертельно побледнели, и Новотны тоже, но, в отличие от своих последователей, человек на боевом коне не сдвинулся с места.
Он стоял лицом к лицу с существом, которое за считанные минуты уничтожало целые армии, существом, которое могло одной лишь силой мысли переломить ему хребет или размозжить череп в порошок.
Однако взгляд и голос Новотны не дрогнули.
— Ты сдаёшься? — спросил Новотны. В его словах сквозила едва заметная насмешка. — Ты ждёшь от нас милосердия? Ты что, струсил и решил переметнуться?
Тёмный силуэт невесело хмыкнул.
Светлые глаза уставились на человека на вороном коне.