После завтрака собрались без проволочек, дорожный уклад устоялся уже к первому утру. Больд перетряхнул корзину, чтобы котлы не гремели друг об друга, сверху умял шатер и повел плечами, проверяя лямки. Кейн затоптал угли, Вельт сверился с картой и первым шагнул на тропу, а Тележка выкатила прицеп следом, и по одной ее морде ясно, кто здесь отвечает за график.

Тропа егерей повела нас на север, и втянулись мы быстро, идет она по сухому, читается легко, и лес вокруг первое время стоял знакомый, разве что наши породы помаленьку редели, уступая место чужим. Останавливаться нельзя, дорога дальняя и торопиться надо, но глаза-то мне никто не завязывал, так что я анализировал на ходу все подряд, да и статус научной экспедиции обязывает.

Открытий, правда, набралось негусто, большая часть находок оказалась бесполезнейшей дрянью, о чем система сообщала с полным безразличием к моей любознательности. На кору с красивым перламутровым отливом я, например, спустил единичку и получил в ответ «кора древесная» с припиской, что особых свойств не выявлено. Спасибо, наука, без тебя бы не разобрался.

Первым отличился куст с коробочками. Рос он у самой тропы, невысокий, с меня ростом, голые ветки сплошь обвешаны бурыми капсулами размером с орех, каждая чуть приоткрыта и развернута створками в сторону тропы. Я, понятно, сунулся рассматривать, но стоило тронуть ветку, и они защелкали и обстреляли меня семенами, как горохом. Лупили залпами, звонко, прямо по лбу, и вдогонку тоже досталось, пока я отступал.

[Анализ объекта…]

[Анализ завершен]

[Объект: семенная коробочка кустарника]

[Состав: вода, волокна, семена]

[Особенности: створки выбрасывают семена при прикосновении. Питательной ценности не имеет, всхожесть семян низкая]

То есть куст научился стрелять раньше, чем размножаться. Природа, ты ничего не перепутала?

Больд, глядя на такое дело, влез в самую гущу и довольный стоял под перекрестным обстрелом, ему, оказывается, щекотно. А вот Тележка сжевала горсть семян на пробу и выплюнула.

— Запомните этот день, — Кейн даже остановился. — Она выплюнула еду.

Тут же выяснилось, что у охотников на каждую лесную травку имеется свое мнение, причем не совпадают они примерно никогда. Кейн куст обозвал дураком, никакой, мол, с него пользы, только зверя зря пугает. Вельт неожиданно заступился, из этих коробочек пацаны плевалки делают, между прочим, лучшие на всей улице. Ну, раньше делали, когда такие кусты почаще на окраинах попадались.

— Ой, ну да, довод, конечно, железный. — Кейн отмахнулся, и я его понимаю.

Следом настала очередь мха-подушки, рыжие перины лежат вдоль тропы такой толщины, что нога проваливается по щиколотку, и на вид он совсем сухой. Кейн высказался со знанием дела, охотники этим мхом утепляются, набил под одежду и спи хоть на камнях.

[Анализ объекта…]

[Анализ завершен]

[Объект: мох подушечный]

[Состав: вода, тонкие волокна]

[Особенности: впитывает влагу многократно к собственному весу, просыхает медленно]

— Утепляются, ага, — хмыкнул Вельт. — Я в него в позапрошлом году лег, до сих пор сохну.

— Так ты дурак что ли после дождя в него ложиться? Сразу в реку бы лег тогда, зачем мох мять зазря…

Счет за день пока выходил один-один, и я про себя завел на этих двоих табличку. Дорога длинная, пригодится, а в конце может вычислим победителя.

Основную часть пути, справедливости ради, ковыляли молча и в хорошем темпе. Практикам хоть бегом беги, дыхание не собьется, но прицеп на скорости может и развалиться, груз у нас не тот, чтобы им трясти. Так даже лучше, чем дальше в лес, тем интереснее, только успевай головой вертеть.

То тут подмечу для себя новое, то там, и уже понятно одно, глубокий лес побогаче окраин, хотя и там я в свое время добыл немало чудесного. Охотники рассказывали, что и големы в глубине водятся крупнее, и, глядя на здешние деревья, верю без проверки. Если уж лиственница, то лиственница с большой буквы, с ветвями в мой обхват. Ну а новых видов вокруг столько, что дощечка моя покрывалась заметками быстрее, чем я успевал их сокращать.

Через пару часов тропа вывела к кривому дереву. Ствол у него изгибался дважды, в разные стороны, ветки закручены винтом, а под деревом этих веток навалена целая куча, будто оно само их с себя стряхнуло.

— Вон, дерево-дундук, — оживился Кейн. — Вместо листьев ветки на зиму отбрасывает, а они, между прочим, очень даже полезные. Полые внутри, как трубочки, и крепкие.

— Да дерьмо дундук твой, бестолковое дерево, — отмахнулся Вельт. — Зачем такие трубочки, еще и кривые. Вот другое дело, раз уж заговорил про трубки, — дудельник. Я в прошлый раз, когда так далеко забредал, собрал себе несколько, правда, пока не знаю, куда пристроить.

— А никуда не пристроишь, — Кейн только рукой махнул. — Дундуком хотя бы пить можно, окунул в компот, сидишь, потягиваешь. А дудельник что? Его в воду опустишь, он и развалится! И в рот такая трубка не влезет!