Шрифт:
Он повернулся и пошел через спальню в ванную. Проходя мимо бюро, взял белую таблетку из серебряной шкатулки, стоявшей рядом с фотографией его покойной жены. В душе он уже знал, что поиск нового мессии закончен. Но как избежать нового распятия? И как ему заручиться поддержкой остальных, как придумать план спасения, чтобы можно было спасти праведных? Чтобы она спасла праведных?
Том Картер бросил последний взгляд на спящую дочь и вышел из палаты, на ходу припоминая слова Джасмин. Да, она права: хватит ему себя жалеть. Через полчаса встреча с Карен Тэннер. Джек договорился, что Том привезет соответствующие документы прямо в ее кабинет в «Джей-Эф-Кей-билдинг» в центре города. А после того как она их посмотрит, он намерен провести кое-какие собственные расследования.
Крик Боба Кука с другого конца атриума застал его врасплох — он уже направлялся в сторону лестницы, ведущей в гараж. Всегда сдержанный, калифорниец сейчас бежал к нему с криком «Том! Подожди!».
Он остановился, попутно улыбнувшись двум новым сотрудникам в научном штате «Джиниус», которые приветствовали его уважительным «Доброе утро, доктор Картер!», проходя мимо.
— Я вас… везде ищу… везде, — задыхаясь сообщил Боб, приседая и опираясь руками о колени, как выдохшийся спринтер.
— Ну, вы нашли меня. Что стряслось?
— Мыши…
— Что с ними?
Боб начал было что-то говорить, но потом просто схватил Тома за руку и потащил к лифту.
— Пошли! — заявил он. — Сейчас покажу!
Наверху, в «Мышином домике», Том обнаружил Нору Лутц, которая стояла возле клеток. Она попеременно заглядывала то в свой блокнот с записями, то в клетки и при этом качала головой.
— Что происходит, Нора? — спросил Том, кивая на Боба. — Этот серфингист не в состоянии объяснить.
— Это всё мыши, — сказала Нора.
— Да что с ними?
Нора кивнула на клетки:
— Они все здоровы.
— Что? — переспросил Том. — Ты хочешь сказать, они излечились?
Нора пожала плечами, словно сама в это не могла поверить:
— Кажется, сыворотка излечила их от малейших признаков рака.
— Все мыши выздоровели? — повторил Том, не веря своим ушам.
— Нет, не все. В том-то и странность. Ты помнишь, что в первых тестах мы использовали одну изолированную от остальных мышь, и всякий раз, когда мы запускали в дело сыворотку, она не давала никаких положительных результатов?
Том нетерпеливо покивал.
— Ну вот, в самом последнем опыте мы задействовали по две-три мыши из каждой клетки. И во всех случаях мыши, которых лечили этой сывороткой, выздоровели, освободились от всех признаков рака.
— А та, изолированная мышь?
— Она в том же состоянии, что и все контрольные. Продолжает болеть.
— Какая разница между этими двумя группами мышей?
Нора снова недоуменно пожала плечами:
— Никакой. Если не считать того, что погибшие мыши всегда содержались изолированно, а излечившиеся — парами или даже группами по три.
— Стало быть, мы не знаем, каким образом они излечились?
— Нет, пока не знаем, — вступил в беседу Боб. — Но мы точно знаем, что это не случайность, не флюктуация. Количество таких случаев остается на слишком уж постоянном уровне.
Том подошел к клетке, возле которой стояла Нора, и принялся разглядывать трех здоровых мышей. Всего несколько дней назад они были больными.
— Это просто здорово! Только бы еще понять, как это произошло.
Боб улыбнулся:
— Этим мы сейчас и занимаемся.
Том взглянул на часы. Позвонить Карен Тэннер и отложить встречу? Но здесь ему делать в общем-то нечего. Боб и Нора в любом случае справятся сами.
— Так, мне сейчас надо уехать, а как вернусь, сразу присоединюсь к вам.
— А куда вы едете? — спросил Боб.
— Провести кое-какие расследования.
Члены Внутреннего круга были уже в полном сборе, когда Изекьель де ла Круа прибыл в пещеру Священного огня. Он почувствовал, в каком все пребывают напряжении, когда стихло их приглушенное перешептывание. Едва он подошел к столу, все встали. Сверкающее пламя перед алтарем сегодня поднималось выше, чем обычно, и сияло ярче.
Первым Изекьель приветствовал брата Хаддада:
— Да будет он спасен!
— Дабы он мог спасти праведных, — ответствовал глава регионального отделения братства в Святой земле. Его тяжелые веки сейчас были темнее обычного. Ладони крепко сжали ладони Изекьеля.
Потом Изекьель приветствовал остальных членов круга: высокого седовласого брата Лучано, главу отделении братства в христианском мире, вечно бледного брата Олазабала, главу отделения в Новом Свете, и в конце — Поборников Первого и Второго императивов. Все они выглядели мрачными, и никто, кроме брата Хеликса, не смел встретиться с ним взглядом.