Шрифт:
— Хорошо, — не раздумывая, согласилась Полина. — Скинь адрес.
Она взяла всё, что требовалось — папку с буклетами, стопку листовок, календари и даже специально заказанные шоколадки с логотипом компании, — и отправилась по адресу, который прислал Игорь.
Дом стоял почти в самой парковой зоне: тихий, солидный, с огороженным ухоженным двором и аккуратными клумбами вдоль дорожки. Полина поднялась на нужный этаж в просторном, почти беззвучном лифте. Игорь уже ждал у двери — оперся плечом о косяк, будто старался выглядеть расслабленным, но в движениях чувствовалась привычная собранность.
Полина подошла и протянула пакет:
— Вот, всё, что нужно. Надеюсь, что ничего не забыла.
Игорь не взял, лишь чуть отступил в сторону, освобождая проход:
— Проходи. На пороге не отдают.
— С каких пор ты стал суеверным? — усмехнулась Полина, переступая порог.
Квартира оказалась светлой и просторной, с большими окнами, выходящими во двор, где кроны деревьев почти смыкались над дорожками. Здесь и правда было тихо — будто город остался где-то за пределами этого двора.
— Хорошо у тебя, — произнесла Полина, оглядываясь, а потом подошла к окну и добавила, глядя на зелёную листву: — Вроде как и не в городе совсем.
— Мне тоже нравится, — спокойно ответил Игорь. — Здесь тихо. Вдалеке от всей суеты.
Он прошёл к столу и начал быстро, но внимательно перебирать привезённые материалы, слегка улыбнулся – видно, что остался доволен.
— Спасибо, что ничего не забыла, — сказал он уже спокойнее, без спешки. — Это правда важно. Завтра день будет непростой.
— Ладно, тогда я пойду, — Полина уже повернулась к двери, чувствуя, как накатывает усталость после долгого дня.
— Погоди, — остановил её Игорь, и в голосе его прозвучало уже что-то мягкое. — Ты всё-таки у меня в гостях. Хоть и не по своей воле. Разреши на правах хозяина накормить тебя ужином. Ты ведь голодная после работы, а тут я со своими просьбами…
Полина замерла на секунду, будто взвешивая, стоит ли задерживаться. Потом пожала плечами, но всё же согласилась.
Игорь кивнул, будто принял это как маленькую, но важную победу, и уже потянулся к холодильнику:
В этот момент Полина почувствовала, как напряжение дня потихоньку отпускает её — здесь, в этой светлой квартире, где за окном шелестела листва, а рядом был человек, который заботливо предложил ей ужин.
Когда она села за стол, то невольно отметила: всё было по-особенному аккуратно накрыто — салфетки сложены треугольниками, фужеры сверкают, приборы разложены с той тщательностью, будто ужин не был спонтанным, а к нему готовились.
Игорь поставил жаркое в микроволновку, а сам тем временем достал бутылку вина.
— Нет, что ты! Я не пью! — тут же запротестовала Полина.
— Я тоже, — спокойно ответил он и чуть улыбнулся. — Мы чисто символически. За дружбу и мир во всём мире! — пошутил он, уже разливая вино по бокалам. Поднял свой. Полине ничего не оставалось, как последовать за ним.
Он сделал несколько глотков, потом достал жаркое и поставил тарелку перед Полиной. Сам сел напротив и с аппетитом принялся есть. Полина тоже не стала сопротивляться — аромат был такой, что спорить не хотелось.
— Вкусно, — проговорила она, проглатывая очередной кусочек.
— Рад, что тебе нравится, — кивнул Игорь. — В этом ресторане хороший повар. Я частенько там ужинаю.
Полина на секунду замерла, будто что-то для себя отметила, а потом спросила:
— Ты один здесь живёшь?
— Практически, — ответил он, чуть помедлив. — Мать сейчас в загородном доме, она там живёт почти круглый год. Сюда изредка наведывается, но всегда звонит, прежде чем приехать. — Он зачем-то уточнил это, будто хотел заранее снять любые вопросы.
— Понятно, — отозвалась Полина.
— Что тебе понятно? — чуть нахмурился Игорь.
— То, что без предупреждения не приезжает. Боится застукать тебя в обществе грудастых красоток! — вырвалось у неё, и она тут же прикусила язык.
— Ну, зачем ты снова начинаешь? Я ведь, кажется, извинился за то, — голос Игоря прозвучал ровно, но в нём скользнула лёгкая обида.
— Прости, — Полина опустила глаза, а потом снова подняла их, уже с виноватой улыбкой. — Само как-то вырвалось.
Дальше они ели молча. Тишина не была неловкой — скорее, в ней чувствовалось какое-то привычное, почти домашнее спокойствие. Когда тарелка опустела, Полина взяла бокал с вином и встала. Подошла к полке, где стоял проигрыватель, а рядом, словно в строю, выстроились виниловые пластинки.