И вот тут снова одно цепляется за другое, блок для дома надо делать из керамзита, а без специального горна его не получить. Да, несколько пробных кусочков я уже произвел, и вышли они вполне сносного качества, но даже вместе с бухляком лучше опереться на технологию, проверенную веками. Барабан из железных обручей, изнутри выложенный шамотом, медленное вращение, а снизу геенна огненная, воздуходувка и железный уголь.

Вот, собственно, и вся петрушка, нужен шамот, для шамота нужен горн, для горна нужен кирпич, и тоже желательно шамотный, кручусь как белка в колесе. Кирпича у нас не просто в достатке, кирпича у нас уже больше чем до хрена, и первая партия рунного обожжена, стоит и ждет. Больше нее ждет только Сурик, когда же его похвалят за этот кирпич.

Задач, понятно, и помимо горна предостаточно. Вторая лесопилка по тем же чертежам, бригада имеется, мужики сработались, понимание появилось и постепенно крепнет. Мельница, чтобы наше узкое бутылочное горлышко в производстве бетона расширилось хотя бы в два-три раза, ручные жернова были временным решением, и пора переложить эту работу на реку.

Из неприятного, зима впереди по всем приметам лютая, и река может встать. В целом течение не останавливается и подо льдом, значит мостки вокруг водяных колес, а на само колесо передам вибрацию, рог у меня на такую работу давно натаскан, вот и не будет ничего обрастать льдом, и всё у нас будет хорошо.

Опять же из минусов, вместе с холодами придет голодание Основы. Пустота, если я правильно понял из рассказов егерей, может помешать работе инструмента работающего на Основе. А самих егерей, кстати, в деревне не видать, ушли, надо полагать, докладывать выше. Но и эти проблемы решаемы, я уверен, надо просто не останавливаться и делать то, что делаем.

По стене тоже неплохие мысли имеются, как свести к минимуму проблемы, которые притащат с собой холода, и камышбетон для этого дела очень даже подойдет.

Но додумать мысль не вышло, оборвалась она сама собой, стоило мне заметить скопление народа у волосяночного пруда. Посмотрел в ту сторону, а там не пруд, а ярмарка. Опять бабка с пирожками ходит, торгует, люд толпится и что-то громко обсуждает, кто-то наигрывает на дудочке, и настроение у всех отменное. А к этому столпотворению еще и тянется торжественная процессия, степенно так, с чувством собственной важности.

Нет, мимо такого пройти никак нельзя, и маршрут я сменил не раздумывая, направился выяснять, кого мы там хороним или поздравляем с днем рождения. Со стороны сразу и не угадаешь, больно уж странно всё это выглядит.

Места у воды подготовлены заранее, стоят лавки, чурбаки, и добрая половина зрителей уже расселась. Я подошел к ближайшему мужику, тот восседал на чурбаке с краю и следил за приготовлениями по-хозяйски.

— А что здесь, собственно, происходит? — поинтересовался я.

— В смысле что происходит? Свадьба, — мужик даже опешил от такого вопроса.

— Не понял. Свадьба кого с кем? И почему у пруда? — ответ совсем не помог, наоборот, вопросов появилось только больше.

— Ну так волосяна женим, — он кивнул на воду с нескрываемой гордостью, будто уже усыновил этого волосяна и имеет непосредственное отношение к процессу.

Как раз в этот момент процессия добралась до кромки воды. Впереди четверо несли плот, а к плоту, как я разглядел вблизи, был привязан наш крупный волосян, и вокруг него горкой лежали объедки. Мало того, народ по пути подбрасывал кому что не жалко, кто кость кинет, кто надкусанный пирожок. Работяги на всякий случай подтянули волоски, освобождая место у берега, и спустили плот на воду.

Жених выглядел крайне недовольным, его, понимаешь, привязали, кормить собрались явно не его, и теперь он сердито вспыхивал и шлепал лапой по бревнышкам, на потеху публике. Плот закачался и неспешно поплыл к центру пруда. Вскоре его обвили первые волоски, потянули шустрее, стали стягивать объедки с бревнышек, и волосян уперся уже всерьез. Народ возликовал, по берегу покатилось, что свадьба началась, и дудочка заиграла громче.

Я постоял, посмотрел, как плот утягивают под воду, встряхнул головой и вернулся к вопросам.

— Нет, не понимаю. Зачем вы на плот объедки грузите? Не пробовали просто посадить его к воде, как это у них в дикой природе заведено?

— А ты думаешь, не сажали? — усмехнулся мужик и приосанился. — Тут эту свадьбу чуть не каждый день проводят, а то и по два раза. Не принимает она его голышом. Вот и начали подкладывать угощение, может, хоть так примет.

— А может, Основы мало насосался, — предположил зритель слева и задумчиво поскреб бороду. — Наберет полную спину, тогда и любовь.

— Да чего ей твоя Основа, ей норов его не нравится, — влезла тетка с соседней лавки и махнула платком в сторону пруда. — Кому такой скандальный в хозяйстве нужен?

Дальше каждый тянул свою версию, и из общего гула я уяснил главное, свадьба у нас тут проходит на регулярной основе, а я, получается, единственный в деревне, кто ухитрился ее ни разу не застать.

Плот между тем ушел на дно под возмущенное бульканье, а спустя несколько секунд из воды выстрелило щупальце и метнуло волосяна куда подальше. Бедолага взмыл метров на тридцать, распахнул перепонки и заскользил по воздуху прочь от пруда, а внизу его уже караулили двое с сетями, до того буднично, будто летает он тут каждый день и всегда по одной траектории. Что, собственно, скорее всего так и есть.