Хотя ей было противно это признать, Ива немного сочувствовала Корделии. Отличная одежда, отличные волосы, отличное тело — сложите все это вместе, и все равно не получается отличная жизнь. Ива до сих пор не могла понять, как это Корделия и Ксандр вообще стали встречаться — они презирали друг друга еще с детского сада, и, конечно, сюда еще примешивалась ревность. Ива и Ксандр были лучшими друзьями еще с пеленок, и Ива тайно надеялась, что они с Ксандром... ну, что он заметит ее как девушку, а не просто друга.

Но поскольку это казалось не более вероятным, чем то, что Джайлс начнет смотреть «Эм-Ти-Ви», Ива не слишком страдала. С тех пор как она это признала, готова была отнестись к Корделии с позиции презумпции невиновности. В конце концов, пусть эта девушка кажется такой поверхностной, но ведь она не раз рисковала жизнью вместе с остальными. Надо отдать ей должное. И когда Ксандр слишком далеко зашел со своими остротами, Иве стало жаль Корделию. Если не считать Оза, Ксандр был самым симпатичным парнем из всех ее знакомых, но юмор у него был остер настолько, что иногда мог поранить. Ива это знала по опыту.

— Если тебе будет лучше, — предложила Ива, обо-дряюще улыбнувшись Корделии, — мы с Озом можем отойти.

— Нет-нет, — быстро ответила Корделия. — Оз классный парень, а ты с ним. Только, знаешь, давайте поменьше говорить, ладно?

Оз обменялся с Ивой взглядом, и чуть стиснул ее руку.

— Ты добрая, — сказал он тихо. — Это мне в людях нравится.

Ива застенчиво пожала плечами, но сердце у нее отчаянно забилось. Озу всегда легко было этого добиться.

— Итак, вперед! — довольно сказал Ксандр, хлопая ладонями и потирая их, когда им снова пришлось почти остановиться в толпе. — Ярмарка Ренессанса. Завтра днем. Дуэль карликов в грязи ради удовольствия миледи. Кто за?

Ива подняла руку. Оз пожал плечами и сказал:

— Целый день есть руками? А почему нет? К тому же мне всегда хотелось знать, что делает рыцарь, если ему надо пописать?

— Ну, на Ярмарке у них есть привязные резиновые емкости, — заметила Ива. — Но я думаю, что в средние века аналогов такого устройства не было.

Корделия уставилась на них с удивлением.

— Вы шутите? — Она покачала головой. — Ни за что.

— Слишком невыносимо старомодно? — спросил Ксандр.

— Ну, если ты так ставишь вопрос, то да. На такое могут пойти только надоедливые взрослые и притворщики.

— Кор, ты одного не учла, — напомнил Ксандр. — Там ты можешь купить по-настоящему классный маскарадный костюм, в котором у тебя талия будет невероятно тонкой, а... хм... остальные атрибуты будут выглядеть огромными. Для такой великолепной крошки, как ты, это будет отличный прикид на Хэллоуин.

— Ксандр, ради Бога... — начала Корделия, но потом задумалась. Ива просто слышала, как у нее в голове вертятся колесики и она представляет себя в соблазнительном костюме эпохи Возрождения.

— А еще там продают множество украшений, — продолжал искушать ее Ксандр. — Блестящих украшений.

— И играют шекспировские пьесы и концерты на лютнях, — с энтузиазмом вставила Ива и тут же замолчала, поймав беглый взгляд Ксандра, явно сказавший ей, что она выступает не по делу.

— Может, если мы просто там встретимся... — медленно произнесла Корделия. — Тогда, если я встречу знакомых, что вряд случится, я смогу сказать, что меня мама заставила пойти. Или что-нибудь еще.

Джайлс сидел у себя в кабинете, а рядом стояла чашка холодного чая. Он делал вид, что просматривает справочник судебной медицины, изучая следы укусов, но на самом деле он глядел на подборку фотографий, изображавших его с Дженни Кэлендар. Они были сняты на отдыхе, когда ездили смотреть потешные автомобили. Он слегка улыбнулся. На фотографии он ухмылялся, как идиот, а Дженни строила смешные гримасы. Он даже сейчас помнил, как это было здорово, когда она велела ему сесть на табурет, а сама села наполовину на табурет, наполовину к нему на колени.

— Не двигайся! — свирепо сказала Она, и тут мелькнула первая вспышка. — А то на фотографии ты будешь размытым.

— Ни в коем случае! — Он хлопнул ее по плечу. — Никаких размытостей.

— Прекратить разговоры, англичанин! И сидеть тихо! — приказала она.

Он попытался сидеть тихо. Ох, как попытался!

Джайлс вздохнул. Счастливые времена. Они были проще? Быть может.

Memento mori, Дженни, милая Дженни.

Он открыл верхний правый ящик, чтобы положить туда драгоценные фотографии. Рука зацепила пачку открыток с соболезнованиями, перевязанных черной лентой. Сердце защемило. Сверху пачки лежала открытка, как полагается, простая белая с черной рамкой. От отца, который когда-то предупредил его, что любовь для Куратора — большой риск. Он не стал развивать эту мысль, а Джайлс не настаивал.

Дженни...

Он опустил голову, стараясь справиться с чувствами.

— Здравствуйте.

Он понял, что кто-то его ищет, и на миг обозлился. Будто кому-то в этой проклятой Богом стране аттракционов и стриптизов на самом деле нужна книга.

— Да! — буркнул он мрачно и попытался произнести более дружелюбно: — Чем я могу вам помочь?

Это был молодой парнишка с припухшими желёзками и модной стрижкой.

— Я тут ищу что-нибудь про... — Он нахмурился. — Про одного типа, названного по имени этого кадра из «Титаника»... Он еще изобретатель...