Силе железной огня пастись на костре предоставил,

И зарыдал, и товарища звать принялся дорогого:

"Радуйся, милый Патрокл, хотя бив жилищах Аида!

180 Делаю все для тебя, что раньше тебе обещал я!

Целых двенадцать отважных сынов благородных троянцев

Вместе с тобою, Менетиев сын, огонь пожирает.

Гектора ж я не огню, а собакам отдам на съеденье!"

Так грозил Ахиллес. Но Гектора псы не касались.

185 Псов отгоняла от тела Зевесова дочь Афродита

Денно и нощно, и труп амвросическим розовым маслом

Мазала, чтоб Ахиллес, волоча, не уродовал тела.

Черное облако Феб-Аполлон распростер над умершим

С неба до самой земли и покрыл им такое пространство,

190 Сколько мертвец занимал, чтоб от силы палящего солнца

Раньше поры в сухожильях и членах не высохло тело.

Не разгорался однако костер над умершим Патроклом.

Тут придумал другое в уме Ахиллес быстроногий:

Встав в стороне от костра, двум ветрам принес он молитву, -

195 Ветру Борею и ветру Зефиру. Прекрасные жертвы

Им обещал. И молил, возлиянья творя золотою

Чашей, скорей прилететь, чтобы трупы на срубе сгорели

И чтоб дрова запылали. Молитву Пелида услышав,

Вестницей быстрой помчалась Ирида к божественным ветрам.

200 Все они, в доме собравшись несущего бурю Зефира,

Весело в нем пировали. На каменном стала пороге,

К ним подбежавши, Ирида. Как только ее увидали,

С места вскочили они, и к себе приглашал ее каждый.

Сесть отказалась, однако, Ирида и так им сказала:

205 "Не до сидения мне! Я спешу к океанским теченьям

В край эфиопов, где вечно живущим богам гекатомбы

Будут они приносить; и я пировать там хотела б.

Шумного просит Зефира с Бореем Пелид быстроногий

В стан прилететь аргивян, обещая прекрасные жертвы.

210 Чтобы палящий огонь вы раздули в костре, на который

Мертвый положен Патрокл; о нем все ахейцы горюют".

Так сказав, удалилась Ирида. Они поднялися,

С шумом ужасным помчались, гоня облака пред собою.

Дуя неистово, моря достигли. От бури свистящей

215 Вздыбились волны. Они прилетели в троянскую землю,

В тлевший ударили сруб, и взвилося шумящее пламя.

Ночь напролет они вместе на пламя костра налетали,

Дуя со свистом. И ночь напролет Ахиллес быстроногий,

Из золотого кратера двуручного черпая чашей,

220 Землю вином поливал, и земля от вина увлажнялась.

Звал при этом душу он Патрокла друга.

Как горюет над сыном отец, его кости сжигая, -

Тяжкое горе принесшим родителям смертью до брака,

Так над другом Пелид горевал, его кости сжигая.

225 Медленным шагом, глубоко вздыхая, костер обходил он.

Уже взошел Зареносец, земле возвещая о свете,

Следом в платье шафранном Заря распростерлась над морем.

Начал костер догорать, и огонь наконец прекратился.

Ветры взвились и домой обратно к себе устремились

230 Морем фракийским; оно застонало, волнами бушуя.

Прочь от костра отошел Ахиллес быстроногий, на землю

Лег, изнуренный, и сладостный сон на него ниспустился.

Все остальные толпою направились к сыну Атрея.

Топот и шум подходящих Пелида от сна пробудили.

235 Он приподнялся и сел и с такой обратился к ним речью:

"Сын Атрея и все остальные вожди всеахейцев!

Первым делом вином искрометным костер загасите

Всюду, где сила огня сохранилась. Потом же давайте

Кости Патрокла сберем, Менетьева славного сына,

240 Их от других отобрав: отличить же совсем их нетрудно:

В самой средине костра он лежал, остальные горели

По сторонам далеко, - вперемежку и кони и люди.

Кости, двойным окутавши жиром, в сосуд золотой мы

Сложим, покамест и сам я в печальном Аиде не скроюсь.

245 Слишком высокой могилы над ним я прошу вас не делать, -

Так, приличный лишь холм! А потом уж его и широким

Сделайте нам, и высоким, ахейцы, какие живыми

После меня при судах многовеслых останетесь в стане".