По полю кони несутся без цели, он ими не правит.

Тот же, кто в деле хитер, даже худшими правя конями,

Глаз со столба не спускает и близко его огибает,

Знает, когда натянуть ременные крепкие вожжи,

325 Держит уверенно их, следя за передним возницей.

Цель я точно тебе укажу, и ее ты запомнишь:

Вон поднимается высохший ствол там, в сажень маховую,

Дуба либо сосны; не сгнил он еще под дождями.

Справа и слева ствола два высятся белые камня

330 На повороте дороги; кругом же все поле свободно.

Мужа ли это могила, умершего в давнее время?

Или и прежде когда-то стоял уж там столб поворотный?

Нынче его для бегов Ахиллес быстроногий наметил.

Близко примчавшись к столбу, на бегу заворачивай коней,

335 Сам же покрепче держись в колеснице красиво сплетенной.

Влево слегка наклонись, а коня, что под правой рукою,

Криком гони и бичом, совершенно ослабивши вожжи.

Левый же конь твой пускай мимо цели проносится близко,

Чтобы казалося, будто по самой поверхности цели

340 Ось колеса прочертила. А камень задеть опасайся:

Так изувечить нетрудно коней и разбить колесницу;

Этим ты радость доставишь другим, а себе поношенье.

Будь же поэтому, друг, рассудителен, будь осторожен!

Если же в беге своем обогнешь ты уж столб поворотный,

345 Нет никого, кто тогда бы тебя обогнал иль настиг бы,

Если б хоть сам за тобою божественный мчался Арион,

Конь быстроногий Адраста, от вечных богов происшедший,

Или троянские кони властителя Лаомедонта".

Так сказал и на место уселся рожденный Нелеем

350 Нестор, подробно во всем наставивши милого сына.

Пятым вождь Мерион снарядил лошадей густогривых.

На колесницы взошли и жребии в шлем побросали.

Сын Пелеев встряхнул. Антилоху выскочил первый

Жребий, Нелееву сыну; а следом - владыке Евмелу;

355 Третий достался царю Менелаю, Атрееву сыну;

После него Мериону досталося гнать. А последний

Жребий первейшему выпал наезднику, сыну Тидея.

Стали все в ряд. Указал им вдали, на равнине свободной,

Знак поворотный Пелид. Посадил наблюдателем там он

360 Феникса, равного богу, отцовского старого друга,

Чтобы заезды он помнил и правду потом сообщил бы.

Те одновременно все на коней замахнулись бичами,

Сильно вожжами хлестнули и голосом крикнули грозным.

Быстро ринулись кони вперед по широкой равнине

365 Прочь от ахейских судов. Под копытами их поднималась

Пыль и стояла под грудью, подобно туману иль вихрю;

Гривы густые коней развевались с дыханием ветра;

То многоплодной земли на бегу колесницы касались,

То высоко подлетали на воздух. Возницы конями

370 Правили стоя. В груди колотилось безудержно сердце

Жаждой победы. И криком возницы коней ободряли,

Каждый своих. И, пыля, летели они по равнине.

Но лишь когда к окончанию бег приходил и обратно

К морю помчались они, начало проявляться искусство

375 Каждого. Кони тотчас же наддали. И вынеслись быстро

Перед другими вперед кобылицы лихие Евмела.

Тросовы следом за ними неслись жеребцы Диомеда, -

Очень за этими близко бежали, совсем недалеко,

Так что, казалось, хотели вскочить в колесницу к Евмелу,

380 Спину и шею ему согревали горячим дыханьем

И, положив на него свои головы, сзади летели.

Тут бы его перегнал он иль спорною сделал победу,

Если бы Феб-Аполлон не гневился на сына Тидея:

Вышиб мгновенно блистающий бич он из рук Диомеда.

385 Брызнули слезы из глаз у того от досады; он видел,

Как от него уходили все дальше евмеловы кони,

Кони ж его без бича отставали все больше и больше.

Но от Афины не скрылось, какие подстраивал козни

Феб Диомеду. Она устремилась за пастырем войска,

390 Бич ему подала и коням его силу вдохнула.

В гневе помчалась потом за Адметовым сыном в погоню

И над конями его сломала ярмо; от дороги

В сторону бросились кони, а дышло на землю упало.