— Сержант Гир, сэр.

Санни посмотрел на караван побитых машин позади него и вздохнул.

— Вот мой приказ, сержант Гир. С этого момента я принимаю на себя командование этой колонной. Вы отлично потрудились, доставив их сюда. Остальное предоставьте мне…

Как и ожидалось, беженцы были потрясены известием о том, что их спасение ускользнуло от них в последний момент. Многие из них, казалось, готовы были сдаться, но, как ни странно, ужасные перемены оказались не столь сокрушительными для их и без того рухнувшего боевого духа, как предполагал Санни.

Причина… причина была в нем. Вернее, в его статусе и репутации.

Несмотря на то, что быть найденными Мастером было несравнимо с посадкой на спасательный корабль, Вознесенные были своего рода символом среди людей. Святые были слишком загадочны и далеки, поэтому именно Мастера жили в подсознании людей как олицетворение доблести, достижений и могущества.

Санни не знал, что такое доблесть и достижения, но Вознесенные действительно обладали огромной силой. И он был могущественнее многих.

Поэтому, когда беженцы узнали, что командование конвоем принял Мастер Санлес из Первой Иррегулярной Роты, многие из них, несмотря на крайнюю усталость, обрадовались. Все-таки у него была грозная репутация… Санни показалось, что обычные солдаты при передаче новостей постарались как можно больше приукрасить его достижения. Их цель была очевидна — солдаты тоже хотели, чтобы моральный дух мирных жителей не опустился на самое дно отчаяния.

В результате беженцы воспринимали его как некоего бесстрашного героя, который был одновременно и бичом Кошмарных Существ, и бесстрашным спасителем людей. Когда они смотрели на него, их глаза были полны надежды и благоговения.

Санни было странно видеть эти взгляды.

«Глупцы. Как же легко вас обмануть?»

Неужели они не слышали ту часть истории, где было полностью уничтожено целое поселение, в котором он находился? Но нет, не слышали. Люди просто хотели верить во что-то, что давало бы им утешение, как бы далеки они ни были от истины. Им было странно легко игнорировать всё, что противоречило их убеждениям.

В конце концов, заставить людей лгать самим себе — это самый лучший и эффективный вид обмана.

…Как бы то ни было, Санни не собирался развеивать их ошибочное впечатление о себе. Мало того, что так беженцев было легче контролировать, нужно было учитывать и другие моменты. А именно — распространяющуюся чуму Заклинания.

Теперь, когда Санни знал, что Первый Кошмар тоже рождается из крошечного Семени, он не мог не чувствовать, что оно может быть посажено только в плодородную почву. Разве душа, полная страха и отчаяния, не будет более плодородной, а душа, озаренная надеждой, менее?

Если рассуждать подобным образом, то нет ничего удивительного в том, что Заклинание Кошмара появилось в разгар Темных Времен. Тогда весь мир тонул в отчаянии.

Возможно, управляя моральным духом конвоя, он сможет уменьшить число обычных людей, поддающихся Кошмарам.

«Смотрите-ка, я мыслю стратегически.»

Покачав головой, Санни вернулся к Носорогу и забрался внутрь. Вспомнив об изуродованном трупе Пробудившегося Демона, который лежал под снегом менее чем в ста метрах от него, он хотел как можно скорее покинуть конечную точку прибрежного шоссе… но перед этим ему нужно было сделать несколько вещей.

— Профессор Обель, могу я с вами поговорить?

Старик пережил хаос Первого Поколения, поэтому он, несомненно, мог дать ценное представление о задаче, стоящей перед Санни.

И действительно, разговор с профессором натолкнул его на несколько хороших идей. Однако такого, как Цепь Кошмаров, в истории мира еще не было, и поэтому не существовало руководства по выживанию. Приходилось придумывать свои собственные решения.

Через десять минут Санни собрал свою когорту, а также профессора Обела, Бет и сержанта Гира в командном отсеке Носорога.

Он не стал терять времени и сразу перешел к делу:

— Ситуация далека от идеальной, поэтому я буду краток. Наша первая задача — осмотреть машины колонны и при необходимости обслужить их, чтобы убедиться, что они смогут проехать через горы. Однако мы не можем сделать это здесь, на открытой местности. Недалеко от нашей позиции есть заброшенный военный бункер… Если все пойдет хорошо, мы доберемся до него за день и разобьем лагерь.

Его мысль была довольно проста. Он не мог допустить, чтобы гражданские спали в тесных транспортах, поскольку последствия превращения кого-либо из них в Кошмарное Существо были бы катастрофическими. Поэтому в идеале нужно было найти хорошо защищенный лагерь, где они могли бы отдыхать каждый раз.