Private-Bookers
Искатель, 2012 № 11
вернуться

Колабухин Владимир Гаврилович

Шрифт:

— За угон инкассаторской машины, — отмахнулся Рэй, что, дескать, больше не хочет возвращаться к этому вопросу. — Надо ли кого пристроить в теплое место или, наоборот, к теплой стенке, идут ко мне. Бывает, один поставит себя слишком высоко, а другого, наоборот, почем зря унизят — разбираюсь и с этим. В Эй-борн, конечно же, есть такой, как я?

— Как не быть, Шелли Финк. Библиотекарь он у нас.

— У вас библиотекарь, а тут цирюльник. Расскажи-ка лучше: в Эйборн до сих пор в Валентинов день выбрасывают из камер грязные носки?

Гросс понял, куда дует ветер.

— Проверку мне устраиваешь, на чистую воду выводишь, да? Верно, выбрасывают, и слушай, что еще скажу про Эйборн.

И он выложил о ней такие подробности, некоторые из которых и не всякому там сидевшему были известны. Рассказал, что в бойлерной между вторым и третьим корпусом устраивают крысиные бои, где даже работает тотализатор. А повар на кухне не отличает соль от сахара. На стенде с противопожарным инвентарем, что около лазарета, — бочка с водой, снегоуборочная лопата и три ведра. Одно ведро — тайный почтовый ящик. В секретной части служит вонючий боров под личиной сержанта Дугласа, украдкой проносит в тюрьму спиртное и продает заключенным. Первый этаж в хлопковом цехе — гадское место, там каждый год роятся пчелы. Дежурный по карцеру — сволочь и водится с такой же сволочью Куинсом.

— Погоди, не спеши, — остановил его Рэй, — на вещевом складе еще стоит чугунный бюст генерала Эджуэйса?

— Не было там никогда Эджуэйса.

Рэй помолчал, глядя в одну точку, затем хлопнул себя по коленке:

— Ладно, давай распутывать сначала. Я знаю, почему «сверчок» привел тебя ко мне — подозрительным ты ему показался. Знаю, как попал в «Лошадку» — Джоз-шоферюга хорошо платит инспекторам, поэтому его груз на въезде не проверяют. Но как ты в Эйборн под вату-то залез, объясни?

Так и эдак морщил лоб Гросс, но ответа не нашел.

— И что ты теперь думаешь делать?

— Понятия не имею!!!

Рэй поскреб затылок.

— Отвести тебя в администрацию, пусть там разбираются. А что еще остается? «Штрафная» мне светит, если про тебя не доложу.

— А может, и вправду в администрацию, — с надеждой ответил Гросс. — Они разберутся и отправят меня назад. Ведь не виноват же я, что здесь.

Однако, со слов Рэя, все обстояло не так просто, чего только стоит одна формулировка происшествия: из одной тюрьмы мистическим образом исчез заключенный и столь же мистически появился в другой. Спрашивается, кто его прошляпил? «Режимники». Вмиг летят головы начальников по режиму обеих тюрем, а вместе с ними и головы нескольких инспекторов по досмотру. Но то чепуха, про то потом даже не вспомнят, когда перекраивать дело на свой лад возьмутся газеты: шутка ли, любой преступник по своему усмотрению может легко покинуть свое узилище и беспрепятственно посетить узилище по соседству. Департамент, разумеется, начнет смывать с себя плевки. И смоет — в опровержение газетному вранью покажет истинную картину чепе: привезут несчастного Джека в Эй-борн, выведут ночью на запретную полосу и пристрелят со смотровой вышки, инсценировав его попытку побега.

— Да, виноват... получается, именно виноват, — втолковывал Рэй, — тем, что наши инспектора шаляй-валяй выполняют свою работу! Ты хоть понимаешь, в какую передрягу влип?

Он встал с кресла, поднял с пола погнутую монету и рассмотрел ее вблизи.

— Гнать таких в шею, — произнес он и спрятал монету в карман. — Иди за мной.

На стене висел матерчатый занавес, задрав который, Рэй представил Гроссу открывшуюся за ним комнату:

— Мои кулуары.

Они вошли. В комнате имелся стол, на нем валялось несколько книг, кучами лежал на полу строительный хлам. И стоял загадочного назначения сундук... или не сундук вовсе, а просто объемистый деревянный ящик.

— Своих я сюда не впускаю, а «погонники», бывает, заходят, — пояснил Рэй. — Но никогда не обыскивают. Имею такое право. Спрячу тебя здесь.

— И не боишься? — спросил Гросс. — Мне все равно, как говоришь, пропадать. А тебе зачем «штрафная», если меня тут найдут?

— Если бы «штрафная», — вздохнул Рэй. — Вышибут отсюда — и вся недолга. И даже знаю куда. — Он взялся за верх ящика и откинул его, как сиденье в пульмановском вагоне. — Видишь, тут пусто, сюда и будешь нырять, как только ко мне наведаются «по-гонники». Запомни, я всегда их встречаю словами «милости просим, давненько ко мне не заглядывали...». Как только услышишь «милости просим», сразу прячься.

Гросс взял Рэя за плечо и повернул к себе.

— Скажи, ты что-то задумал, да?

Тот грубо высвободился.

— Считай, хочу посмеяться над нашим начальством. Поглядеть, каково ему будет в дураках.

Этим же вечером в парикмахерскую пожаловал «сверчок». Башмачник принес скатанный рулоном матрас и бумажный пакет с едой. Все предназначалось Гроссу.

— На, ешь. Каждый день из столовой тебе будут что-нибудь приносить, — пообещал Рэй и протянул следом черный матерчатый лоскут. — А вот тебе новое имя. Отпорешь с куртки свое и пришьешь это. В общем, торжественно посвящаю тебя в узники «Белой лошади». Носи... но даже не вздумай выходить отсюда за порог!

Гросс развернул лоскут. Это была нашивка, какую носит на груди всякий заключенный, на ней значились его личный номер, имя-фамилия, номер тюрьмы.

— Рип Ван Винкль, — прочитал он и выпучил глаза. — Что за дурь?

Как уже говорилось ранее, отношения Гросса с алкоголем грешили изменчивостью. Пьяный Гросс и трезвый были даже не знакомы, а если и были, то только понаслышке. Более того, при таком фиктивном знакомстве они ненавидели друг друга лютой ненавистью. Первый готов был придушить второго за мягкотелость и неуверенность в том, что жить нужно так, чтоб всем чертям было тошно. Почему бы, коли есть в тебе сила, не жить по правилам полного вседозволения, разумно ли держать ее на привязи, когда она желает бушевать по кабакам? И точно так же Гросс-трезвый не миловал своего оппонента, за хмельные выходки которого ему приходилось бесперечь отвечать: выплачивать, например, его денежные долги или сидеть за него в полицейской кутузке. Но омерзительнее всего было отчитываться за его неосторожные слова, какие тот отпускал в разных сомнительных компаниях. Не однажды к трезвому Гроссу приходила разбитная шатия и требовала у него отчета за оскорбительный треп Гросса-пьяного. К месту вновь напомнить, что ни тот, ни другой не знали друг друга совершенно, однако оба — это точно известно — терпеть не могли спорить. «Чего зазря глотки драть, — были они единогласны, — кулаков, что ли, нету?»

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 18
  • 19
  • 20
  • 21
  • 22
  • 23
  • 24
  • 25
  • 26
  • 27
  • 28
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка