— А что вы тут делаете? — спросил я с искренним удивлением.

— Что я тут делаю?! — возмутился Марон Наумович, кое-как поднимаясь. — Молодой человек, вы окончательно ополоумели! Штрафной балл вам! Я после тяжелого рабочего дня наконец-то смог позволить себе расслабиться, и тут система безопасности предупреждает меня, что ученик в опасности… А вы тут по лесу погулять вздумали?!

— Я думал, что за безопасность мисс Гринграсс отвечает, — отозвался я, лихорадочно думая, что делать.

И что это вообще значит.

Злобин был одним из моих подозреваемых, но все же не был основным. Теперь же…

— Эта девица как-то не особо справляется, если вы не заметили, — проворчал Злобин. — Так что пришлось все взять в свои руки… И не заговаривайте-ка мне зубы! Еще раз, что вы здесь делаете?

— Ну, я…

— Вы! Именно вы, молодой человек, и…

Он вдруг резко замолчал. И будто к чему-то прислушался. А после уставился на меня, будто только что увидел.

— Это уже не в какие ворота, — выдохнул он. — Вы совсем с ума посходили?!

— Э-э… вы про что?

— Вот только не надо невинный вид делать. До этого я думал, что господин директор хоть и весьма эксцентричен, но не настолько, чтобы позволять студентам баловаться с временными линиями! Это, знаете ли, не игрушка!

Вот же… черт Красочный.

— Какие еще временные?.. — отозвался я.

И тут же спрятал маховик в Карман. Да, из-за этого я еще месяц не смогу им воспользоваться, но хотя бы он у меня останется. Плюс никаких доказательств…

— Вот эти самые!

Я не понял, что именно он сделал, но спустя две секунды маховик и сожженная монета, оставшаяся после убийства Отона, вдруг оказались не у меня в Кармане. А зависли в воздухе перед Злобиным.

Э-э… что?

Но как он обошел способность?!

— Просто безобразие, — покачал головой преподаватель, рассматривая изъятое. — Молодой человек, что вы скажете в свое оправдание?

Я ничего не сказал.

Был слишком удивлен. Попытался внутренне обратиться к Стрику, но тот не среагировал. А «кричать громче» я не стал, опасаясь, что Злобин что-то заметит.

— Я… Арчибальда Феоктистовича сейчас убьют, — выпалил я.

— Что за ерунда?

— Правда! Я потому и использовал маховик! Хотел ему помочь!

Это, конечно, было не совсем правдой. Ощущение, что нельзя вмешиваться в события было уж слишком сильным. Если бы не это, может я бы и спас бы философа. Чтобы потом самому его прикончить когда-нибудь…

Короче, окончательного решения я на этот счет не принял. Как ни крути, смотреть, как человека режут на куски и ничего при этом не делать… Не факт, что я смог бы.

Так что может и к лучшему…

— Молодой человек, заканчивайте уже концерт, — с явным раздражением проговорил Злобин. — Все с Арчибальдом Феоктистовичем нормально.

— Но…

Он меня не дослушал. Просто махнул рукой.

Рядом с нами в воздухе возник разрез…

…и из него вывалился философ со своим рюкзаком.

Взъерошенный, конечно. Но при этом совершенно невредимый.

— Видите?

— Но…

— Что такое?! — заверещал Тучнин, мотая головой, как болванчик. — Звездный?! Что вы себе позволяете?! Пять штрафных баллов!

Н-да, реально он.

Но ведь тогда…

Событие поменялось.

Я не знал, что теперь будет, но ощущение, что ничего хорошего.

Еще чуть позже

Дальше слушать меня — и уж тем более — ничего мне объяснить никто не стал. Злобин переместил всех в замок. А после, взяв меня под руку, отвел в тот самый туалет, в который я спрятался от Гринграсс и там ждал до тех пор, пока не истечет отмотанный мною назад час.

— Предупреждаю вас, молодой человек, — сурово проговорил он в итоге. — В следующий раз я лично займусь вами. И речь не про исключения или какие-то другие игры директора. Никаких больше фокусов со временем!

С этими словами он исчез.

Мне же не оставалось ничего, кроме как с понурым видом выйти из туалета. Там меня уже ждала, ничего не подозревавшая Гринграсс.

У вот тут я снова замешкался. Гринграсс… которая должна была знать, что Тучнин убит. А ведь еще у Карса были фото и видео…