Шрифт:
— Здесь есть устрицы, — сказала она удивлённо. — В поезде!
— Не бери, — посоветовал я. — В дороге такое лучше не заказывать.
— Ты всегда всё усложняешь, — вздохнула она, но спорить не стала.
Лиля смотрела в окно на проплывающие поля и перелески. В её глазах, обычно таких спокойных, сегодня читалось лёгкое, едва заметное ожидание, которое появляется перед дальней дорогой.
В этот момент к нашему столику подошёл мужчина. Он был одет в дорогой костюм, с иголочки, с галстуком, завязанным идеальным узлом. Лицо у него было надменным, с тонкими, брезгливо поджатыми губами. В магическом зрении я увидел, что он не маг, но на его пальце тускло светилось кольцо с бледно-голубыми нитями защиты — простенький артефакт, ничего серьёзного.
— Это место занято, — сказал он, глядя на Арину сверху вниз. — Я всегда здесь сижу. Вам придётся пересесть.
Арина подняла бровь.
— Мы уже сели, — ответила она спокойно. — И не собираемся пересаживаться.
Мужчина покраснел. Его губы задрожали.
— Вы знаете, кто я? — спросил он, повышая голос. — Я…
— Мне всё равно, кто вы, — перебил я, поднимаясь. — Мы никуда не пересядем. Найдите другое место.
Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на страх. Я не выпускал когти, не делал угрожающих жестов. Просто смотрел на него. И этого оказалось достаточно.
— Вы ещё пожалеете, — пробормотал он и быстро зашагал прочь, чуть не сбив с ног официанта.
Арина усмехнулась.
— Ты мог бы просто объяснить, а не пугать людей.
— Я и не пугал, — ответил я, садясь. — Он сам испугался.
Лиля улыбнулась, но ничего не сказала.
После обеда мы разошлись по купе. Я остался один, смотрел в окно на проплывающие поля, перелески, редкие деревни. Внутри меня, на ином плане, шевельнулась Алиска.
«Скучно, пап», — сказала она, и в её голосе прозвучала та особенная, детская нотка, которая появлялась у неё, когда она хотела внимания.
«Потерпи», — ответил я.
Она не стала ждать. Через минуту она вылезла из меня, уменьшенная до размеров котёнка, и устроилась на столике, положив голову на лапы.
«Коровы, — сказала она, глядя в окно. — Много коров. Я хочу корову».
«Ты не съешь корову», — усмехнулся я.
«А я и не буду есть. Я буду на ней ездить».
Я представил эту картину и заржал вслух.
В дверь постучали, и через секунду в купе заглянул Леонид. Он был взволнован, его лицо горело, а глаза блестели.
— Я тут посмотрел список участников, — сказал он, садясь на свободное место напротив. — В столичной команде трое магов седьмого уровня. Седьмого, представляете?
— Представляю, — ответил я.
— И один из них — универсал. Универсал, Андрей! Это же почти как вы!
— Почти, — согласился я. — Но не совсем.
Леонид хотел спросить, что именно я имею в виду, но в этот момент Алиска зевнула, сверкнув клыками, и он замолчал. Он привык к её присутствию, но каждый раз, когда видел её так близко, терял дар речи.
Алиска посмотрела на него золотыми глазами и снова уткнулась носом в лапы.
Леонид ушёл через полчаса, когда поезд остановился на какой-то станции. Я остался один, смотрел, как за окном сменяют друг друга перроны, люди с чемоданами, провожающие и встречающие.
Ночь опустилась на поезд быстро, без сумерек — просто за окном стало темно, и в купе зажёгся тусклый свет. Пассажиры разошлись по своим местам, коридор опустел, только редкие шаги и приглушённые голоса нарушали тишину.
Я не спал. Сидел у окна, смотрел на редкие огни проплывающих станций и слушал равномерный стук колёс. А потом я почувствовал магию.
Она была слабой, едва уловимой, как далёкий звон колокольчика. В магическом зрении из соседнего вагона тянулись тонкие голубоватые нити. Они скользили по стенам, просачивались сквозь перегородки и направлялись прямо в наше купе.
Я выпустил когти, бесшумно встал и выглянул в коридор.
Игорь уже был там. Он стоял у двери своего купе, и его лицо, обычно такое спокойное, было напряжённым.
— Ты тоже чувствуешь? — спросил я шёпотом.
— Чувствую, — ответил он. — Двое. В четвёртом купе.
Мы крадучись двинулись к источнику магии. Шаги наших ботинок тонули в стуке колёс, и я молился, чтобы никто из пассажиров не вышел в коридор в этот момент.
Купе, откуда тянулись серебристые нити, было приоткрыто. Я заглянул внутрь. На нижней полке сидели двое мужчин. Один держал в руке небольшой камень, оплетённый серебристыми нитями. Артефакт слежения, настроенный на меня. В магическом зрении он светился ярко, пульсировал в такт сердцу.
— Можно вырубить обоих, — прошептал Игорь.