— Ка… Каудильо! — выпалил Курнет.

Огромный орк вовремя опомнился. В присутствии других бойзов Канан оставался их абсолютным вожаком, и относиться к нему следовало соответственно. Курнет тут же рухнул на одно колено, и вся остальная толпа немедленно последовала его примеру.

— Моя не знать, что ты придешь, — продолжил Курнет, и, немного успокоившись, его речь стала более связной. — Твое присутствие вдохновляет нас, Босс.

— Встать, мои бойзы. Сегодня вы знатно постукали врага. Горк и Морк точно довольны этой резней, — рокочущим басом произнес Канан.

За пять лет во главе армии невозможно не научиться вдохновлять свои войска, даже если изначально ты этого не планировал. Канан справлялся с этим безупречно: его слова, пропитанные тяжелой, давящей аурой WAAAGH! мгновенно подняли боевой дух толпы.

— И че привело тебя сюда, Босс? — спросил Курнет.

— То же, что и тебя. Моя хотеть лично посмотреть на того, кто умудрился обогнать тебя в драке. Меткий комментарий Канана вызвал смешки в толпе.

— Этот… недомерок… не обогнал меня! — огрызнулся Курнет. — Прямо щас мы собирались решить этот косяк в дуэли!

— Дуэль до крови? — прищурился Канан.

— А то! Че может быть лучше? — хмыкнул здоровяк. Беловолосый орк лишь тяжело вздохнул от такой первобытной простоты.

— Моя не хочет смотреть на это дерьмо, — отрезал Канан, даже не пытаясь быть тактичным. — Такая скучная дуэль — это пустая трата времени.

— Б-босс? — опешил Курнет.

— Если хотите доказать, кто сильнее, докажите это в настоящей драке! — рыкнул Канан, и его глаза блеснули потусторонним светом. — Тот, кто настукает больше врагов, тот и сильнее. Че может быть проще, а?

Простое решение для сложной проблемы. И куда более продуктивное, чем бессмысленная резня своих же. Курнет с радостью принял вызов, выпятил грудь и забил по ней кулаками, как римский гладиатор, вопя на всю округу о том, сколько черепов он соберет в следующей битве. Он развернулся и ушел, выкрикивая обещания побед, до которых было еще далеко. Но, по крайней мере, он был доволен. Чего нельзя было сказать о его оппоненте.

Гретчин стоял ни жив ни мертв. Да, он круто проявил себя в этой битве, но в орочьей иерархии он всё еще болтался где-то на самом дне. Для большинства это был просто слепой случай. Но только не для того, кто умел смотреть глубже.

— Мелкий, — Канан обратился к нему.

Гретчин уставился на Каудильо в полном шоке. Он и представить себе не мог, что Босс всех Боссов вообще заговорит с таким ничтожеством.

— Зайди в мой шатер. Позже, — бросил Канан.

Это было всё, что он сказал, прежде чем развернуться и уйти с залитого кровью поля в сопровождении Белого. Никто не мог в это поверить. Сам гретчин был в ужасе. Что ждет такого, как он, в логове верховного вожака Орды? Никто даже представить не мог… В любом другом клане он бы просто пошел на ужин Боссу.

К худу ли, к добру ли, но назначенное время пришло. Маленький гретчин брел по элитному району лагеря, где стояли шатры орочьей знати. Это была элита из элит. Тяжеловесы Орды. Монстры ростом минимум в три с половиной метра. Те, у кого была самая толстая броня и самые крутые пушки. Их шатры выглядели вызывающе: увешанные шипами, трофейным металлом и черепами. И среди всех этих гигантских сооружений стоял один шатер, который сильно выделялся.

Гретчин не верил своим глазам. Ни одному зеленокожему низшего ранга не разрешалось даже приближаться к жилищу Каудильо. Все думали, что шатер Босса — самый огромный и эпичный в лагере. Но он оказался таким же скромным, как и его собственный.

Еще более странным было наткнуться на Курнета и Мюррея — "руки" Каудильо постоянно ошивались поблизости. Мюррей лишь молча кивнул ему, проявив вежливость, которой научился у Канана, а вот Курнет смерил его вызывающим взглядом, напоминая о брошенном вызове.

— Ка… Каудильо? — робко пискнул гретчин, не сводя глаз с белого сквига. Монстр вроде не проявлял агрессии, но расслабляться с такой тварью не стоило.

— Заходи, — глухо донеслось изнутри.

Гретчин отодвинул кожаный полог. Первое, что бросилось в глаза — абсолютная спартанская простота. Пара грубо сколоченных стульев, кусок шкуры, брошенный на место для сна, и небольшой очаг в центре, над которым висел котелок. Второе, что ударило в нос — потрясающий, будоражащий аппетит запах из этого самого котелка.

— Падай, где стоишь, — бросил Канан без особой властности в голосе.

Гретчин молча кивнул и послушно плюхнулся прямо на земляной пол. Канан поднял глаза. Посмотрел на мелкого, потом на стул рядом с ним, потом снова на мелкого.

— Твоя может посадить свою задницу… на стул, — произнес Канан медленно, словно объясняя очевидное полному идиоту, но понимая, что мелкий просто до усрачки напуган.

Гретчин послушно залез на стул и молча наблюдал, как Канан помешивает странное желтоватое варево, булькающее в котелке. Он никогда не видел ничего подобного, но пахло это просто божественно.