Конран Ширли
Шрифт:
Мгновенно забыв о бедах Дженни, все трое впились в лист обычной машинописной бумаги. Из букв разной величины, вырезанных из газет, на нем были составлены слова:
БРОСЬ ОХОТУ ЗА КАРТ. ИЛИ УМРЕШЬ
Адрес на обычном конверте был написан от руки черной шариковой ручкой. Пока они оцепенело глазели на лист, Вольф исхитрился съесть ромовый бисквит.
Плам подскочила к переговорному устройству, вызвала кухню и спросила у Сандры, откуда приходил посыльный. Сандра сообщила, что парню, у которого она расписалась в получении письма, было лет восемнадцать. Одет он был в кожаный костюм мотоциклиста, а с головы не снимал защитный шлем, поэтому она почти не видела его лица и не знает, откуда он приехал.
– Это от того же самого человека, те же самые методы.– Руки у Плам дрожали.
– Ты уверена? А где другое письмо - то, которое ты получила в Нью-Йорке? спросила Дженни.– Надо сравнить их.
Плам не помнила, сохранилось ли оно у Бриза.
– Мне кажется странным, почему адрес на конверте написан от руки, а не составлен из тех же вырезанных букв, - заметила Дженни.
– Это могло бы броситься в глаза посыльному, и он бы запомнил его, объяснила Лулу.
Плам попыталась рассуждать здраво.
– Адрес на конверте, который я получила в Нью-Йорке, был написан печатными буквами, а на этом - обычными письменными.
– Если этот человек не хотел оставлять следов, то почему он не воспользовался пишущей машинкой?– теоретизировала Дженни.– Пишущую машинку тоже, конечно, можно вычислить, но не станет же полиция проверять все машинки Англии.
– Не у каждого есть пишущая машинка, - возразила Лулу.– Кто бы это ни был, ясно, что он не работает в офисе, иначе бы он отпечатал адрес на компьютере и тут же стер бы его из памяти. Если он все же служит в каком-то офисе, тогда это либо слишком важная персона, либо слишком ничтожная для того, чтобы знать, как пользоваться компьютером.
– Что говорилось в нью-йоркском письме?– спросила Дженни.
– "Забудь голландскую кар. Или тебе конец".– Плам хорошо запомнила эти слова.– На сей раз стиль больше похож на американский, не так ли?
– Может быть, так, а может, и нет, - пожала плечами Дженни.
Плам еще раз взглянула на листок.
– Общее в этих двух посланиях только союз "или", а это не так уж много.
– Ты заявишь в полицию?– спросила Дженни.
– Скорее всего нет. Они тут же спросят, почему я уверена, что это не шутка. И мне нечего будет сказать... Впрочем, я подумаю. Посмотрю, что скажет Бриз... Хотя нет, мне не хочется, чтобы он узнал об этом письме. Он может решить, что ему следует все бросить и вернуться. Но я-то знаю, что дел у него невпроворот и что некоторые из них никак не могут быть отложены. Да и что может сделать Бриз? В этом доме я и так в безопасности... Хотя я не знаю... Пока не решила... Подожду до утра.
Лулу вновь принялась разглядывать конверт.
– Скорее всего почерк изменен, ведь любому идиоту известно, что по нему можно установить, кто писал, но не каждый знает, что даже по измененному почерку можно найти автора.– Она перевернула конверт.
Дженни заглянула ей через плечо.
– А ты уверена, что автор письма не попросил кого-то другого написать адрес?
– Тогда кому-то еще стало бы известно о нем, а это рискованно.
– Ты думаешь, это мужчина?– спросила Плам.
– Не обязательно, - сказала Лулу.
– Как еще можно узнать что-нибудь из этого проклятого письма?– Выдержка начинала изменять Плам.
– А как насчет Клары Стивене - того графолога, для которой я печатала одно время? Она определяет характер людей по почерку при их приеме на работу. Клара может помочь нам составить психологический портрет того, кто писал.
Телефона в студии не было, и Лулу бросилась вниз в спальню Плам, волоча за собой Вольфа.
Бледная как полотно Плам глядела на Дженни.
– Я ничего не могу поделать со своим страхом. Хоть бы Бриз поскорее вернулся.– Ее охватил ледяной озноб.– Этот дом, конечно, надежен, как крепость. Во всяком случае, в этом заверяет страховая компания, ведь мы держим здесь ценные картины.– Плам знала, что все окна в доме защищены стальными жалюзи, а сигнализация подключена к полицейскому участку, расположенному в двух шагах, на Олбани-стрит.– Но я все равно боюсь, Дженни.
– Может быть, это не так опасно, как тебе кажется, - пыталась успокоить ее Дженни.– Может быть, кто-то просто хочет, чтобы ты бросила свои поиски. Мне не верится, что кто-то собирается убить тебя. Тебя просто хотят запугать.
– Тогда они добились своего.– Такой страх Плам испытывала впервые с тех пор, как начала свое расследование. Тогда в Нью-Йорке Бризу почти удалось убедить ее, что письмо с угрозой было чьей-то глупой шуткой. Но два письма, и, как видно, от одного и того же отправителя, полученные в разных странах, вряд ли могли быть проделкой шутника.
"Может, Бриз был прав, - думала Плам.– Может, мое стремление разоблачить тех, кто фабрикует подделки, действительно чревато.., опасными последствиями".