Треск не походил на звук победы. Но… был именно им.

Дарованное чужим Льдом облегчение уже оставило меня, и двигаться лишний раз совсем не хотелось. Как не хотелось и Щит развеивать, что служил крепкой опорой.

Но извечен вопрос: «Кто, кроме нас?».

А потому, стиснув зубы до хруста, подхватил Меланиту непослушными руками. Она, триумфально явившаяся из Саламандры и объятая куда более плотной, концентрированной аурой своего Льда, вновь лишилась чувств.

Подхватил, но недооценил полученные ранения, а потому упал вместе с девушкой, кляня Предел и свою самонадеянность. А где-то неподалёку мне вторили другие голоса. Флаграна и Аркос. Тихие, но живые…

Их лица и возникли надо мной спустя время. Обеспокоенные, усталые, но с затаённой радостью во взорах. И к тому же неудержимой — уже через мгновение она победила их уста, обратившись искренними улыбками.

— Пей, — хрипло произнесла Амазонка, поднося к моим губам очень знакомый фиал мерзости. Внутренне содрогнувшись от грядущего, послушно проглотил адское зелье.

— Спасибо, — просипел в ответ, когда вышло совладать с позывами определённого толка, порождёнными приёмом лечилки.

Пока боролся с нутром, на реальность не обращал никакого внимания.

Но вот потом-то я прозрел! Ну и не только… Я вновь начал осязать и обонять. Важным было то, кто именно пробудил эти чувства. И речь шла совсем не о том, что я как-то по-особому руки разместил на чужом беспамятном теле или чего другое непотребное сделал.

Просто-напросто давно дремлющее Осознание внезапно решило о себе напомнить.

Меланита.

Отчего-то целью способности стала она.

Осязание после лечилки, что уже избавила от боли и прочего неприятного, вновь подарило ощущение той благости от Льда, которая в последние мгновения боя с Саламандрой выступила предвестницей победы.

Обоняние наградило рецепторы тем морозным ароматом свежести, что был, по-моему, присущ только Меланите. Но теперь он воспринимался гораздо более тонко и на редкость пьяняще…

Главным открытием стало третье. Совпало его проявление с открытием глаз девушкой. Она распахнула их, и… Нет, мир не замер, не разверзся Ад, как не утонул и я в их синеве. Ничего такого. Я внезапно стал видеть снежинки вокруг. Почти полностью прозрачные, невесомые и потому едва уловимые. Они медленно кружились, чтобы осесть на голове Мелы. Но исчезали не бесследно, а возвращали её волосам ту их красоту, что давным-давно покорила сердце…

Если честно, то я немного растерялся от восстания из небытия Осознания.

Ворох предположений и догадок напрочь захватил разум: «Когда это началось? Тогда, на площади перед началом Охоты? Раньше? Или позже? Как вообще это возможно? Что стало причиной? А что катализатором? Проклятие самой девушки? Моё Искажение? Наш поцелуй, породивший синергию Атрибутов?».

Чтобы как-то отвлечься от непрошенных мыслей, тряхнул головой и взор увёл от Мелы, устремив его на Флаграну и Аркоса. При взгляде на них Осознание хранило полное молчание.

Первая была в относительном порядке — всё ещё высокая ростом девушка, но чуть подрастерявшая прежнюю стать. Не потому, что внезапно постарела или чего другое. Нет, Флаграна основательно осунулась от усталости. Ей отъесться-отоспаться, и отдых вернёт образ Амазонки на своё законное место, вновь радуя нас огнём её оранжевых глаз и пламенем таких же локонов.

Аркос выглядел натурально скалой. Без каких-либо прикрас. В горячке боя моё сознание лишь краем отметило некую необычность его облика, но вдаваться в подробности отказалось. Теперь же мог рассмотреть в деталях изменения внешности здоровяка. И, наверное, слишком уж пристально пялился, чем смутил обычно не особо эмоционального парня.

Но неожиданным стал поступок Флаграны. Она заслонила Скалу собой от меня и произнесла, причём обращаясь никак не ко мне:

— Это всё моя вина. Аркос, прости!.. — и склонилась так глубоко, что ослабленное тело не выдержало и подвело, и она обязательно упала бы, не подхвати здоровяк её своими каменными руками.

— Здесь нет твоей вины, Флаграна, — голос Аркоса тоже изменился, напоминая моментами скрежет камней друг о друга. — Наоборот, я жив благодаря тебе. Точнее, мы живы. И благодаря вам! — тут парень повернулся к нам с Мелой. — Похоже, сам Предел свёл нас в жизни. Что в первый раз на Испытании, что сейчас. И, Власт…