Слёзы собрались в уголках его глаз, но он не прольёт их, не доставит этой проклятой Мере такого удовольствия.

— Полагаю, это связано с детективом? — тихо спросил Бен у Корвуса, словно Баст был диким зверем, которого не стоило пугать.

— Хватит, Себастьян Дэй! — прогремел голос Корвуса, и в его тоне прозвучал приказ, который привлёк внимание Баста. — Контролируй тьму, или это сделаю я!

Над ладонью Корвуса заклубилась чёрная сфера, пронизанная трескучими жёлтыми молниями. Мышцы брата напряглись, а на лице Корвуса впервые с тех пор, как он взошёл на трон, Баст увидел могучего Ночного короля — владыку всех ночных фейри.

Тот факт, что сегодня на его голове был серебряный обруч, не имел значения. С короной или без, его брат был королём, и Корвус понимал ту ежедневную битву, которую Баст вёл, чтобы контролировать свои тёмные инстинкты. Он знал это слишком хорошо.

Бену лучше удавалось контролировать ночную кровь, но у них с Корвусом… их своенравная магия всегда сметала здравый смысл быстро и безжалостно. Иногда это было легко, а иногда с трудом.

Сегодня не был одним из таких ужасных дней.

— Она отвергла меня. — Слова царапали горло. — Моя пара отвергла меня.

Корвус приблизился, наблюдая, как тьма поднимается и покрывает весь купол потолка. Внутри ревела угольно-чёрная молния — буря, готовая обрушиться на них.

— Откуда ты знаешь?

— Она поцеловала другого.

Громкий смех сорвался с губ Корвуса, и он пренебрежительно махнул рукой.

— Глупый поцелуй, Себастьян? Тебе не кажется, что для отказа нужно нечто большее?

— Корвус…

Баст никогда не верил в родственные души, но когда встретил Меру, он понял, что его золотая нить привела к ней. Она была единственной душой во всем этом жалком мире, которая дополняла его, в этом он не сомневался. И все же она отвергла его.

Его пара отвергла его.

— Я никогда не встречал свою пару, поэтому не могу понять, через что ты проходишь, — осторожно признал Корвус, глядя на Баста, как на тикающую бомбу. — Полагаю, ты прав. Обидно, что детектив поцеловала кого-то другого, но не позволяй этому уничтожить тебя. Мы потеряли Леона и Тео. Мы не можем потерять и тебя, брат. Прошу.

Эти слова вывели его из этого состояния. Мгновенно.

Крылья Баста втянулись обратно в его тело, и грохочущая буря ночи и звёзд отступила в его сердцевину.

Делая глубокие успокаивающие вдохи, он медленно восстанавливал контроль над ночной кровью. Тьма всё ещё ревела, заявляя, что Мера принадлежит им, но правда была в том, что она принадлежала себе и никому другому.

Через мгновение его плечи расслабились, и он кивнул братьям, безмолвно давая понять, что с ним всё будет в порядке, даже если он сам ещё в этом до конца не уверен.

— Какая жалость. — Бен подошёл к серебряному шкафчику под зеркалом и достал бутылку вина. — Мне нравилась детектив. Она умела указывать Басту на его собственное дерьмо. — Откупорив бутылку, он наполнил три бокала, стоящие на столе. — Теперь она заплатит за то, что разбила ему сердце.

Корвус подошёл к шкафчику и схватил два бокала.

— Неплохая мысль. Вернёмся к этому позже.

— Никто не тронет её и пальцем, — прорычал Баст сквозь стиснутые зубы, сжав кулаки. — Ясно?

Они смотрели на него так, как щенки пуки выпрашивают мясо, но сквозь его гнев, сквозь его боль было ясно одно: безопасность Меры превыше всего, независимо от того, как она его ранила. Независимо от того, что она сделала.

Всегда.

— Как скажешь. — Корвус протянул ему бокал и поднял свой в безмолвном тосте. — Тогда выбирай благородный путь.

Все трое сделали по долгому глотку.

Некоторое время они пили молча, пока Бен не кивнул Басту.

— Ты уверен, что она твоя пара? Все эти банальные слова о том, что «сердце выпрыгивает из груди», «золотая нить», звучат ужасно мелодраматично. — Он окинул взглядом остатки вина в своём бокале. — Скучно ограничивать себя одним партнёром на всю жизнь.

— Откуда мне знать, Бен? — огрызнулся Баст. — Я никогда не встречал никого подобного такой, как она. Из-за нее я теряю контроль.

Словно подтверждая его правоту, внутри него всколыхнулась тьма. Опустив подбородок, Баст закрыл глаза и прижал руку к сердцу, пытаясь его успокоить.

— Ты никогда не был ревнивцем, — добавил Корвус, осушив бокал до дна. — У нас была стычка из-за Картаны, но ты никогда не ревновал по-настоящему. Но все изменилось, когда дело коснулось детектива.

— Что ты имеешь в виду?

— Она отличается от других женщин, я понял это в тот момент, когда увидел вас вместе. Как ты смотрел на неё… — Корвус слегка пожал плечами, глядя в свой бокал. — Интересно, буду ли я когда-нибудь смотреть на кого-то так же.