— То есть, пациент не умрёт из-за бюрократии.

— Пока нет.

— Очень обнадёживает это «пока».

Провёл ладонью по краю клиентского модуля. Металл был чуть тёплым. Под ним шли проводящие дорожки, которыми станция медленно снимала остаточный заряд со Змея. Восемь процентов уже превратились в семь целых восемь десятых.

Сам Змей не шевелился. Пятнадцать метров «живой оптики» лежали внутри чужой машины и делали вид, что проблема закончилась. Стекольщики на левом боку продолжали возиться между пластинами. Призменные блохи держались дальше от лазерного органа, чем обычно, но паники не показывали.

Если бы я умел оценивать собственное состояние так же просто, как их поведение, жить было бы гораздо проще.

— Время?

— До нижней границы прогноза пробуждения сорок одна минута пятьдесят шесть секунд. Верхняя граница сохраняется на уровне шестидесяти девяти минут.

— Тогда считаем по нижней.

— Разумно.

— Не привыкай.

Приблизил скан левого бока. Тёмный край — два сантиметра чёрной ровной линии под прозрачной пластиной. Из-за этих двух сантиметров груз не имел права покинуть старый сервисный карман.

Сначала сделал то, что всегда делают люди, когда собираются полезть ножом внутрь очень дорогой живой вещи… Зафиксировал, что она была сломана до меня.

— Полный снимок зоны. Исходное состояние, время, подпись модуля и моя. Отдельно отметить: травма существовала до первого контакта со мной, инородное включение обнаружено полевыми сенсорами до механической приёмки и независимо подтверждено клиентским карантином.

— Записано.

— Копию в «Железную Петлю».

— Отправлена.

Это не было недоверием к этому конкретному заказчику, скорее многолетний опыт работы со всеми заказчиками.

Контрактный канал ответил через девятнадцать секунд. Артур Мендес появился без изображения — только голос и подпись посредника.

Артур Мендес: «Григорий. Я вижу отказ карантина».

— Я тоже.

«Клиент спрашивает, можно ли устранить причину на месте?»

— Можно спросить у него, почему причина уже была внутри Змея?

Пауза была короткой, но заметной.

«Ответа на этот вопрос у меня нет»

— Хороший ответ.

«И плохой для контракта»

— Для контракта хуже будет, если я полезу внутрь без дополнительного акта, а потом мне скажут, что я сам повредил товар.

«Уже готовлю дополнение»

Через полминуты перед глазами появился текст. Аварийная карантинная обработка. Предшествующее включение признано внешним по отношению к предмету договора. Ответственность за исходную травму на исполнителя не переносится. Требования к результату прежние: живая цель, функциональный лазерный орган, сохранённая оптическая ткань и жизнеспособные симбионты. Расходники и дополнительная работа оплачиваются отдельно по факту.

Дочитал до конца:

— Добавь, что физический объект после извлечения остаётся у исполнителя до идентификации как карантинный материал.

«Клиенту может не понравиться»

— Мне уже не понравилось находить его внутри цели.

Артур вздохнул, но через двенадцать секунд пункт появился.

Я подтвердил дополнение:

— Теперь можно портить отношения профессионально.

«Предпочитаю формулировку 'выполнять работу».

— Поэтому у тебя комиссия.

Канал закрылся.

Открыл кофр с инструментами, сверху лежал «Клык Царь-Бомбы».

Ультразвуковой привод после последних работ давал неровность разреза на девять процентов выше нормы. Для образца — терпимо. Для ткани, внутри которой проходили живые проводящие нити лазерного органа, девять процентов были разновидностью самоубийства с бухгалтерским приложением.

— Не подходит, — сказал я.

— Согласен.

— Приятно иногда получать поддержку.

Достал инструментальный блок от «Костяного Венца». Техника врага всегда выглядит особенно качественной, когда за неё уже заплатил враг.

Блок был размером с предплечье, плоский, с шестью сложенными манипуляторами и сменной режущей головкой. Раньше эта штука собиралась вырезать из моего Змея лазерный орган. Теперь ей предстояло помочь оставить его внутри. В этом была справедливость. Не моральная — техническая. Она встречается чаще.

— Связь отключена физически?

— Коммуникационный блок снят. На инструментальном модуле остаётся локальная служебная шина без передатчика. Память очищена штатным протоколом уничтожения.