Хмелевска Иоанна
Шрифт:
Приземлилась во что-то мокрое, скользкое и липкое, что-то перевернулось рядом со мной, что-то свалилось мне на голову. Лежала и думала, что же это такое омерзительное, и каким чудом грохот не разбудил Алицию. Глаза уже немного привыкли к темноте, из окна падал слабый свет, и, приглядевшись, я увидела у себя на юбке, на коленях и на руках темные пятна. Посмотрела на кровать Алиции. Там, на фоне тех же темных пятен, лежало что-то скрюченное.
Я почувствовала, что задыхаюсь, что меня душит этот молчащий, вымерший дом...
Совершенно ополоумев, я попыталась трясущимися руками нащупать выключатель. Все выключатели как корова языком слизнула! Выскочила в переднюю, нажала на первую подвернувшуюся под руку кнопку. Зажегся свет. Пятна на моей юбке были цвета крови, руки - по локоть красные...
Сомнений не оставалось: в доме нет никого живого, была какая-то страшная бойня, в каждой комнате, наверное, трупы... Картина эта совершенно меня парализовала. Ничего не соображая, я ринулась в комнату Павла, которая была ближе всего, и зажгла свет. Павел дышал ровно и как будто был совершенно живой...
Наверное, я дернула его за плечо, возможно, за голову, очень может быть, что мой голос мало напоминал человеческий...
– Алиция!!!– хрипела я, охваченная безумием.– Ради бога!.. Павел!!! Помогите!!! Зося!!! Проснитесь, черт побери!! Алиция!..
Павел подскочил, ничего со сна не соображая, и начал что-то бормотать. Бросила его и ринулась в комнату Зоси. Та уже стояла в дверях.
– Помогите!! Алиция!!!
Зося посмотрела на меня, и ее крик в мгновение ока перерос мои жалкие потуги.
– Все красное!..– всхлипывая, вопила она.– Все красное!!! Все красное!..
– Алиция!..– Я отчаянно пыталась увлечь ее за собой. Зося вырывалась всеми силами.
И тут в соседних дверях появилась совершенно живая Алиция. Я отпустила Зосю и, чувствуя, странную слабость в коленях, медленно опустилась по стене.
Удивление на лице Алиции сменилось ужасом. Со сдавленным криком она бросилась ко мне.
– Матка Боска, что случилось?! Зося!!! Павел!!!
– Все красное!!!– дико завыла Зося.
– Павел, воды!..
Весь дом словно обезумел. Зося вдруг пришла в себя и обрела силы, чтобы направить их против меня. Я ничего не понимала: все трое, как сумасшедшие, силой пытались уложить меня на диван, а я, в свою очередь, изо всех сил пыталась от них вырваться и выяснить, наконец, что за труп лежит в комнате Алиции. Моя бешеная энергия убедила их, что я пока не собираюсь умирать.
– Что вы от меня хотите?! Отцепитесь!!! Что вам надо?!
– Жива!– облегченно выкрикивали обе.– Жива!..
Я поняла, что они рехнулись.
– Вы что, сдурели?! Почему мне не быть живой? Это не я, это Алиция! Это вообще какой-то чужой человек!..
– Жива!..
Через некоторое время мы начали чуть-чуть понимать друг друга.
– Что на вас напало?– уже тише спросила я.– Почему, сто чертей и одна ведьма, именно я должна умереть?!
– О боже! Она еще спрашивает!– возмутилась Зося.
– Посмотри на себя в зеркало, - посоветовала Алиция.
Я посмотрела и все поняла. Сама бы не узнала этого пугала, с ног до головы вымазанного чем-то красным. Лицо выглядело совершенно асимметрично, ко лбу что-то прилепилось и казалось, что череп расколот надвое. На первый взгляд мне срочно требовалась врачебная помощь.
– И вдобавок еще кричала "спасите", - недовольно продолжала Алиция. Я вообще не понимала, каким чудом ты еще жива. Думала, что, может, умерла и ходишь по инерции...
– Зато я не понимаю, почему ты жива, - обиделась я.– Что там в твоей комнате? Кто там лежит?
– А, ты была в моей комнате?.. Как я не догадалась? Никто там не лежит. Это ловушка свалилась.
– Что?
– Ловушка... Свалилась...– Теперь приступ истерического хохота начался у Павла.
– Ловушка!.. Сделали ловушку для преступника!.. Свалилась с полки!...
– Павел, сейчас же успокойся!– приказала Зося.
– Не могу... Чертовски хорошая ловушка!..
Мы зажгли в комнате Алиции свет, и я наконец смогла рассмотреть весь этот кошмар подробно. На постели и на полу было разлито море густой краски. По морю плавали черепки какой-то посуды, куски картона, останки упаковки от яиц и другой мусор. Именно в него я и влетела головой, а к моему лбу прилип остаток яичной тары.
– Да уж, - заметила я, - все красное. А это смывается?
– Надеюсь, - не слишком уверенно ответила Алиция.– Я еще не пробовала. Это свалилось, когда они уже легли, и мне не хотелось шуметь. Я тоже вляпалась. И ночная рубашка в этом, и халат... Никуда не положишь все мажется. Засунула в кровать куклу, а сама ушла в последнюю комнату. Когда я увидела тебя окровавленную, с разбитой головой, у меня совсем память отшибло.