Хмелевска Иоанна
Шрифт:
– Это какое-то проклятье!– сказала Зося раздраженно.– Что за дурацкое лето! Мало того, что эта девка сюда приблудилась, так еще и чертова тетка приезжает! Оказывается, Алиция должна была заказать ей номер в отеле, а теперь нигде нет мест. Тетка уже едет...
Она прервала фразу, вскочила со стула и нервно опорожнила пепельницу.
– Осталось каких-то двадцать минут. Нужно ехать встречать! Что она себе думает?!
– Нигде ничего нет, - пожаловалась Алиция.– Чертов туристский сезон... Который час? Проклятье, она сейчас будет тут! Придется ей здесь ночевать.
– Что у нее, больше родственников нет?– рассвирепела Зося.– А Оле и Иенс не могут принять свою тетечку?
– Их, как назло, нет дома. Не могу же я привезти им тетю в качестве новогоднего сюрприза. У нас хоть есть что-нибудь на ужин?
– Продуктов много, что-нибудь придумаем. Не морочь себе голову, дуй на станцию. Павел, и ты с ней, у тетки наверняка полно барахла...
После колебаний, совещаний и безрезультатных поисков ключей от машины Павел с Алицией вылетели наконец диким галопом из дому. Зося рухнула на стул, вскочила с места, принесла себе пепельницу и рухнула снова.
– Ну и отпуск, чтоб ему пусто было!– мрачно сказала она.– А где она, интересно, собирается класть тетку?
Позже оказалось, что именно этот вопрос все время мучил Алицию. Маленькие комнаты были заняты Зосей и Павлом, катафалк - мной, а в лучшем помещении, на самой лучшей кровати сейчас спала Агнешка. Оставался только диван в салоне, что для тети безусловно не годилось.
Пока тетя была в ванной, мы провели экстренное совещание.
– Пересели Агнешку на диван, - предложила Зося.
– Не выйдет, Агнешка больна, ее надо оставить в покое.
– Ну, давай Павла на диван, а тетю - к нему.
– Я лучше положу ее в своей комнате, а сама лягу на диване.
– Исключено! Пусть на диване спит Павел, а ты у него!
– Отцепись, не переворачивать же из-за одной ночи все вверх ногами! Диван очень даже удобный.
– Он узкий!
– Павлу не узкий, а мне узкий? Считаешь, что я такая корова?
В конце концов Алиция настояла на своем. Вынесла из своей комнаты две коробки с вещами, сменила постель и прикрыла мусор на столе купоном розового материала.
– С постельным бельем все!– сообщила она.– Я дала ей последнюю смену. Надо срочно постирать - вдруг, не дай бог, еще кто приедет!
От ужина тетя отказалась. Нам это показалось очень разумным для ее 89 лет. Она была невероятно энергичной старушкой. Судорожным галопом обежала все помещения, собирая в кучу вещи, сделала небольшую постирушку, напилась кофе и, наконец, закрыла за собой дверь комнаты Алиции. Некоторое время мы молча отдыхали, сидя на кухне за столом.
– Невероятно, - сказала Зося.– Откуда у нее столько сил?
Алиция подперла голову рукой и с тоской посмотрела в окно.
– Все бы ничего, - произнесла она печально.– Узнать бы только, как ее зовут...
– Ты же общалась с ней все это время?
– Ну и что? Она рассказала о путешествии. Наверное, у нее склероз повторяла все по два раза. А может, я показалась ей тупой, и она боялась, что с одного раза не пойму?
– Ей 89 лет. Может, знаешь, какая старше?
– Обоим 89. Они близняшки.
– Близняшки? В таком возрасте?..– удивился Павел.
– Надо же, не побоялась ехать одна!– восхитилась Зося.– Где она живет? В Виборге? Ты же должна знать, которая из них живет в Виборге?
– Обе они там живут...
– Слушай, а может, она вообще одна?..
Неразрешимая проблема тети поглотила Алицию до такой степени, что с ней ни о чем другом нельзя было говорить.
– Хорошо, что Павел не лег на диван, - сказала я.– На кой черт уступать кровать, если она на нее даже не сядет? Целую ночь будет искать пропавшее письмо.
– Может, заодно найдешь письмо от Эдека?– съязвила Зося.
Наутро Павел вскочил первым: возможно, виной тому была Агнешка. Шумом в ванной он разбудил всех нас. Подгоняемые мрачной Алицией, мы нервно готовились обрушить на гостью все польское гостеприимство и хлебосольство.
Торопились мы зря. Завтрак давно стоял на изысканно сервированном столе, а тетя все спала. Алиция ничего трогать не позволяла, и мы печально расползлись по разным углам, чтобы зря не возбуждаться. Павел с Агнешкой слонялись по террасе - Агнешка благодарно опиралась на его руку, - а Зося скрылась в комнате, чтобы не видеть ни завтрака, ни этого безобразия.