Пошел ли я после этого есть? Ага, как же. Подхватил свинку за задние лапы, та удивленно взвизгнула, но на передние поднялась исправно, и покатили мы в обход гнилохода и деревни, в сторону коллекторов. Планы на утро скромные, посмотреть, встал ли бетон, и хотя бы попить. Солнце, кстати, забралось уже высоко, и выходило, что провалялся я с вечера до середины дня. Рекорд, буду гордиться.

С водичкой, правда, вышла заминка: когда мы обходили гнилохода, тот вдруг качнулся и повел жгутами в нашу сторону, точнее, в сторону пригорка за нашими спинами, там же осталась ванна, вот ее содержимое он и почуял. Сердце екнуло, Больд ведь дрыхнет рядом с ней без задних ног, но жадность в этот раз не победила, добра в дупле у гнилохода и без того сверх меры, еще перерабатывать и перерабатывать. Жгуты втянулись, туша замерла, и я уже почти выдохнул, да взгляд тут же уперся в ближайший загончик с баранами.

Загонов у нас по деревне раскидано порядочно, и еще один небольшой поставили в лесу, а всего баранов набирается под сотню, и что с этим стадом делать, решительно непонятно. Сейчас же вопрос встал ребром, вокруг загонов аккуратно сложены целые горы сена, а рядом такие же горы того, что от сена получается после переработки. И сложно ли угадать, куда двинется гнилоход, когда переварит все, что натаскал себе в дупло?

— Срочно! — выкрикнул я, еще только вкатываясь со свинкой на стройплощадку.

— Рей, а мы всё доделали! — Хорг от гордости даже подбоченился. — Смотри, бетон уже вставать начал. Гля как получилось-то!

— Срочно, говорю! Навоз! Бараний! — речь выходила сбивчивой, бег со свинкой вместо тачки удовольствие сомнительное, да и спотыкалась она по дороге пару раз, всё проснуться никак не могла.

— Да чего ты так спешишь-то? — лениво откликнулся кто-то из мужиков. — Такую работу сделали, умотались все…

— А у тебя возле дома яма есть, да? — повернулся я к нему.

— Ну у всех есть, и что… Эта-то побольше будет, вон какая вышла.

— Побольше, это точно. — махнул рукой в сторону коллекторов, — Теперь смотри, гнилоход прямо сейчас стоит около двух вычищенных ям, в которые старательно трудилась целая армия. Он их выскреб за день. Как думаешь, твою яму он не осилит? Вместе с домом?

Мужик оглянулся на торчащую за лагерем крону и спорить резко передумал.

— А ну носить говно! — скомандовал он, ухватил тачку и первым покатил к загонам. — Чего встали?! Засадим его в яму, чтоб не вылез!

— А может, стенки еще повыше поднять? — предложил кто-то вдогонку. — Чтоб уж наверняка, а?

А ведь мысль дельная, стенки и правда стоит нарастить, выше уровня земли их можно гнать уже кирпичом. И крышу над ямой ставить обязательно, все-таки лишняя вода нам ни к чему, ее и так набежит предостаточно. Канавы, кстати, тоже сперва следует закрыть от дождевой воды, без этого никак. И все это надо делать разом, вот в чем беда!

Голова идет кругом, задач я набрал столько, что впору раздавать, а я с этим делом не тороплюсь, и это уже диагноз. Найти бы кого-нибудь, чтобы ходил за мной по пятам и вовремя одергивал это одержимое молодое тело, голова-то у него работает, но несет ее без остановки.

Мужики тем временем потянулись к загонам вереницей, тачка за тачкой, и угощение поехало в новый дом. Уль встал у въезда и на каждую тачку делал пометку в своей дощечке, учет у него не останавливается даже там, где учитывать особо и нечего. Сваливать я велел пока в один угол, а сам отошел к краю ямы и принялся прокручивать в голове варианты, как спустить туда самого жильца. И желательно ведь заодно освободить его от дерева: дом у него теперь будет каменный, казенный, но сперва предстоит переселение.

Обмозговать такое в одиночку тяжело, и на совещание собрались все светлейшие умы деревни: Хорг никуда и не уходил, подтянулся Уль, а следом подошел незнакомый сухонький мужичок и пристроился слушать.

— О, привет, — махнул я ему. — А ты кто?

— Я Корш, — пожал плечами тот. — Начальник производства блоков.

— Даже так? — удивился я. Пока меня носило по лесам, у нас, оказывается, завелись начальники производств. — А чего тогда блоки не лепишь?

— Так обед у нас, — рассудил Корш. — А мне интересно, как вы будете это дерево сюда сажать. Есть идеи?

— Любопытство у нас не возбраняется, — одобрительно кивнул я и вздохнул. — Идеи есть, но пока, признаться, склоняюсь к тому, чтобы Больд чихнул в ближайшее дупло и выдул нашего жильца прямо в яму.

Умы ненадолго притихли, зато дальше замысел принялись развивать сообща, реплики летели даже от проходящих мимо мужиков с тачками.

— А чего мудрить-то? — бросил один, не сбавляя хода. — Расколоть бревнышко топорами да вытащить его оттуда, всех делов!

— Пробовал уже, — отозвался я. — Топор у него в трухе вязнет намертво, а хозяин даже жевать не бросает. Ну а если за раскалывание возьмется Больд, вытаскивать оттуда станет уже нечего.