— Давай организуем твою выставку? Все твои работы, которые я видела — прекрасны. Можешь назваться моим именем, если захочешь, — со смешком предложила Анна.

Роккель рассудил и понял, что ее предложение было убийственно заманчивым, даже невероятным.

— Почему бы и нет? Давай. Я согласен.

Роккель пожал плечами и расслаблено опустился на спинку кресла. Глаза Анны заискрились от счастья. Она нервно прикусила нижнюю губу, а затем улыбнулась.

— Не думала, что будет так просто. Кажется, мое общество идет тебе на пользу. Ты становишься более мягким. — С легкой издевкой в голосе сообщила она, и победная улыбка расползлась по румяным губам.

— Это правда, — с набитым ртом ответил Роккель и насадил на вилку еще кусочек рыбы. — Ты делаешь меня лучше.

В отдалении послышался звон колоколов, оповещавший о начале вечерней церковной службы. Но ни один столик в ресторане не опустел. Все люди в зале продолжили вести беседы между собой, намеренно игнорируя все происходящее вокруг.

— Мне здесь не по себе, — шепотом призналась Анна.

Роккель непонимающе вскинул брови. Анна пояснила:

— Все такое мистическое. Эти изображения на стенах меня пугают, — она ткнула пальцем в одну из картин, где был изображен разноцветный силуэт иконы.

— Это всего лишь рисунок, — пожал плечами Роккель и с тревогой спросил. — Или ты чувствуешь что-то еще?

После случившегося за прошедшие дни Роккель уже не знал, чего ему ждать дальше. Он готов был поверить во что угодно на свете.

— Наверное, просто воображение сильно разыгралось. Пойду в уборную.

Анна встала из-за стола и слишком быстрым шагом скрылась за дверью. Поведение Анны показалось ему странным, но Роккель остался неподвижно сидеть на месте. В эту свободную минутку он мысленно обдумывал свой план, который ужасно не нравился Анне.

Пока это единственное решение.

Официант принес десерт и выдернул Роккеля из рассуждений. Тут же вернулась Анна и плюхнулась на свое кресло.

— Больше я обувь на каблуке не надену, — она, морщась от боли, потерла свои лодыжки.

— Я вообще не понимаю, зачем ты их одела. Что в них, что без для меня ты будешь малышкой.

Лукаво подмигнул Роккель. Он сгреб на ложку тирамису и затем отправил её себе в рот. Одними губами он прошептал: «Люблю тебя». В ответ Анна послала ему воздушный поцелуй, а после с воодушевлением стала есть свой десерт со спелой клубникой. Между ними завязался диалог на тему современного искусства. Анна с восхищением слушала интересные факты о картинах и художниках конца прошлого века.

Перед самым уходом Роккель наклонился ближе к столу и грозным тихим голосом сказал:

— Позади тебя сидит пара. Тот мужик с тебя глаз не сводит уже минут десять. Обернись и покажи ему средний палец, пожалуйста. Иначе я за себя не ручаюсь.

Это искренне рассмешило Анну, и она постаралась как можно более незаметно обернуться назад. Глаза Анны удивлено распахнулись при виде мужчины. Она тут же обернулась обратно к Роккелю и, шипя, словно змея, протараторила себе под нос:

— К сожалению, мы с ним знакомы.

Роккель хотел еще раз посмотреть на человека, о котором они говорили, но Анна быстро ухватила его за ладонь.

— Только не говори, что вы… — Он неловко оборвал фразу на полу слове.

— Да, это был плохой секс на одну ночь. Давай, пожалуйста, просто убежим?

Шепотом предложила она. Анна была, что называется, на низком старте, но ждала их совместного окончательного решения. Роккель выждал мгновение и одобрительно кивнул. Но, вставая из-за стола, он на прощание показал средний палец тому парню. Лицо Анны тут же залилось краской, и она ускорила шаг в направлении выхода. Когда они вышли на лестницу, то она расхохоталась и жарко поцеловала Роккеля.

На улице был ливень, поэтому они быстрым шагом добрались до машины и поехали к Роккелю домой. Дождь всегда стирает яркие краски, оставляя на их месте монохром серых оттенков, но благодаря этому на улице стало намного свежее.

— Расскажешь о том, что случилось? — Серьезным голосом спросил Роккель.

— Да там и нечего рассказывать. Мы просто познакомились на летней практике в больнице и напились до такого состояния, что на утро проснулись в одной кровати.

— Я не про того козла, — жестче, чем стоило, сказал Роккель.

Анна перевела взгляд с дороги на него.

— Ты что-то там почувствовала. Пожалуйста, расскажи, что именно?

Красный цвет на светофоре сменился зеленым, и позади стоящие машины мерзко забибикали, призывая Анну поторопиться на перекрестке. Эти звуки вернули её в реальность, она слишком быстро сорвалась с места, после чего тихо выругалась себе под нос. Нехотя, она призналась:

— Я почувствовала холод. Жуткий трупный холод.

По её рукам пошли мурашки. Роккель не стал скрывать страх, который перенял, когда мимолетно взглянул на её лицо. Он машинально положил свою ладонь поверх руля, контролируя дорогу, и попросил Анну остановить машину. Она кивнула и остановилась около тротуара. Её накрыла тревога, и тело предательски задрожало от страха. Роккель обнял её за плечи в попытке успокоить.