— Найти её, — приказал Лучезарный, и, бросив на землю орущего барона, его подчинённые поспешили к воротам академии.

— Уходим.

Пришло сообщение от Ведьмы, и я был полностью с ней согласен. Понаблюдал, блин, за поведением врагов. Пожалуй, будет милосерднее добить Вильема. Не уверен, что подобные травмы сможет исцелить даже архимагистр-лекарь. Для своего спокойствия мы отошли от Лучезарного подальше. Я понимаю, что даже столь сильному магу не под силу пробить дар Ушедших, но всё равно лучше перестраховаться.

— Мне, конечно, этого дознавателя совсем не жаль, но это всё равно ужасно, — произнесла Альвия, когда мы благополучно переместились в штаб-квартиру гильдии.

— Что ужасно? — спросила Стелла, которая, как и все остальные, уже ждала нас.

Я заметил яростный взгляд Вэйлин, обращённый в сторону Альвии, и решил сразу расставить все точки над ё.

— Прежде всего, я бы хотел донести до всех одну очень важную мысль, — демонстративно прочистив горло, чтобы привлечь к себе всеобщее внимание, проговорил я. — Каждый в ответе лишь за свои действия. Очень часто случается так, что даже самые близкие люди могут скрывать от нас и всех окружающих страшную правду, и не стоит перекладывать ответственность за их деяния на других.

После этих слов Вэйлин пристыженно опустила глаза, в которых уже не было и тени агрессии. Молодец, поняла, что я начал этот разговор прежде всего из-за неё.

— Очень верные слова, молодой человек, — послышался из-за спины уже подзабытый старческий голос. — Приятно осознавать, что старикам есть на кого переложить бремя ответственности за судьбу мира и можно спокойно уходить на покой.

— ДЕДА! — взвизгнула Вэйлин и бросилась в объятья мессира Элиота.

— А у вас тут интересно, как я погляжу, — наобнимавшись с внучкой и украдкой утерев выступившую от умиления слезу, начал деловито осматривать штаб-квартиру мессир Элиот.

— Хм, а я что-то не помню этой двери, — произнес Зоран.

— Ты прав, — хлопнул себя по лбу я. — После смерти Безликого уровень гильдии повысился, и я ещё не успел ознакомиться со всеми изменениями.

— По идее, там должно располагаться гильдейское хранилище артефактов, — пояснила более осведомлённая в таких делах Ведьма. — Оно исчезает из свободного доступа при снижении уровня гильдии. Это защитный механизм такой, чтобы избежать разграбления врагами. Если разница в уровне враждующих гильдий будет существенной, то проникнуть в хранилище становится очень просто.

— Хм, а артефакты там от предыдущих поколений охотников сохраниться могли? — озвучила Стелла мысль, которая, скорее всего, сейчас посетила головы всех здесь присутствующих.

— Этим можно заняться чуть позже, — проговорил я. — Сейчас на повестке стоят гораздо более важные вопросы. Пойдёмте все в кабинет, расскажу вам о событиях последних часов, и тогда уже будем решать, что делать дальше.

Моё взаимодействие с фракцией Природы удивило согильдейцев, пожалуй, даже поболее, чем неожиданная смерть Безликого. Даже для прожившей несколько десятков жизней Ведьмы это оказалось неожиданностью, потому как фракции Колыбели Миров контактируют с пользователями ой как нечасто, а уж случаи, когда они просят о помощи, и вовсе можно пересчитать по пальцам.

— Прими мои искренние соболезнования, девочка, — тепло обняв не отходящую от меня ни на шаг Альвию, проговорил мессир Элиот. — Несправедливо, что за деяния одного человека король решил взыскать долг со всего рода. Вы, конечно, молодцы, что спасли детей от верной смерти, но, кроме как безрассудным, я всё равно назвать этот поступок не могу. Ума не приложу, как вам удалось провернуть такой фокус и не попасться. Там же чуть ли не треть гильдейских магов была. И гвардия, и эти треклятые Огнетворцы, чтоб им пусто было. Надо же, Лучезарный является ликвидатором. Теперь всё встало на свои места.

— Деда, а кто такие ликвидаторы? — задала вполне закономерный вопрос Вэйлин.

— Это несчастные, чьи души искалечены тёмным ритуалом, — пояснил мессир Элиот. — Они уже не совсем люди. Тут больше подходит слово механизм, который верой и правдой служит своему хозяину. Не представляю, как Астерис решился на такой шаг. Такие поганые и противоестественные ритуалы не проходят бесследно ни для одной из сторон. За создание каждого ликвидатора маг платит страшную цену. Он раскалывает свою душу и заменяет этим осколком выжженный ритуалом участок души жертвы. То есть ликвидатор становится как бы одним целым со своим хозяином и беспрекословно выполняет любые приказы.

— Жуть какая, — ужаснулась Вэйлин. — И король пошёл на такое ужасное деяние? Но ради чего?

— Он хочет завладеть дарами Ушедших, — ответил вместо мессира Элиота я. — Мне об этом сказал Безликий. Король охотится за дарами, ну и за Наследием, соответственно.

— Дары Ушедших? — состроила скептическую физиономию Вэйлин. — Ты веришь в эти сказки?

— К сожалению, это не сказки, — ответил вместо меня мессир Элиот. — Ходят слухи, что император обладал одним из даров — неуязвимостью. Именно благодаря дару он и смог объединить семь королевств в одну империю.