— Мы не сообщаем вам местонахождение целей, — серебристые волосы Великого Магистра Савуса развевались на ветру. — Ваша задача проста. Найдите ангелов и убейте их, — затем Савус посмотрел на меня, и его серебристые глаза сверкнули. — Я буду следить за каждым твоим шагом через моё магическое зеркало. Руадан последует за тобой, чтобы убедиться, что ты не попытаешься сбежать. Я уверен, ты уже поняла, что тебе от него не убежать.

Неа. Он находит меня в моих эротических снах.

Ворота со скрипом открылись, и мы оказались на каменистой эспланаде перед Институтом. Мэддан исчез в размытых тёмных тенях, и ветер засвистел мимо меня, когда он умчался прочь. Оставалось надеяться, что он понятия не имел, что творит.

Итак, как найти ангелов? Я закрыла глаза, на мгновение позволив своему разуму отключиться.

Мысленно я повторила то, что сказал Савус. Примитивные. Первобытные. Звери. Дикие. Соединение с землёй.

По мере того как я снова и снова прокручивала в голове эти слова, в моей голове зародилась идея, и я точно знала, с чего начать.

***

В заплесневелом коридоре моего старого пристанища я постучала в дверь дяди Даррелла. С другой стороны послышалось шарканье, а затем дверь со скрипом отворилась.

Как только я увидела его лицо, я убедилась, что приняла правильное решение. Он стоял передо мной в велосипедном шлеме с оленьими рогами, приклеенными скотчем с обеих сторон. В дополнение к оленьим рогам на нём было шерстяное пончо без брюк и около сорока семи подвесок из кристаллов.

Он просиял.

— Арианна! Что с тобой случилось? Ты слышала все слухи о том, что до тебя добрались истребители чар? Я говорил людям, я сказал «нет»… — его взгляд метнулся к Руадану, который стоял позади меня, и он замолчал.

Затем он упал на колени.

— О древний! О, могущественный фейри! Существо вечного света!

— На самом деле, тьмы, — поправила я его. — Неважно. Даррелл, пожалуйста, встань. Нам нужна твоя помощь.

Когда он поднимался, кончики его рогов ударились о верхнюю часть дверного косяка, и он поморщился, поправляя их.

— Потребовалось много времени, чтобы собрать это воедино, — пробормотал он.

Внутри сильно пахло плесенью.

Он вытер руки о своё пончо.

— Тогда чем я могу вам помочь?

— Я ищу… какое-нибудь первобытное мероприятие. Я не знаю, как бы ты это назвал. Люди ведут себя как звери? Связь с землёй?

— Праздник летнего солнцестояния. Да, вообще-то, я как раз собирался в путь. Для начала только люди-мужчины, но нам не помешал бы настоящий фейри, как твой друг. Ты действительно почувствуешь связь с землёй, понимаешь, о чём я? — его губы скривились в гримасе, отражавшей болезненное удовольствие. — Почувствуешь великолепные объятия матери-природы, как… — он помычал и сложил ладони чашечкой, а я постаралась не представлять, что должен был означать этот жест. — Ты понимаешь, что я имею в виду?

Руадан просто стоял, скрестив руки на груди, и своей магией затемнял коридор. Воздух перед моим лицом превращался в пар от моего дыхания, и я вспомнила, как бабушка Элиза жаловалась на счета за отопление.

Я почесала щёку.

— Ну, ему это не очень нравится. Вообще-то, я думаю, он будет держаться в стороне. Ты сказал, что это только для мужчин?

Он скривил лицо.

— Это в некотором роде мужское занятие, понимаешь? Подзаряжаем свой тестостерон от корней земли. По-настоящему восстанавливаем связь с нашими яйцами, — он поднял брови, глядя на Руадана, словно надеясь на какое-то одобрение.

Свет в коридоре мигнул и погас.

Рога Даррелла стукнулись о дверной косяк.

— Так или иначе, идея в том, что первобытный бой барабанов привлечёт самок, которые будут спариваться с нами, как звери.

Я кивнула.

— Ясно. Кажется разумным. Может быть, я могла бы просто… быть поблизости, когда это произойдёт.

Он с энтузиазмом кивнул, покачивая рогами.

— Да. Мне это нравится. Мы будем праздновать, как древняя, изначальная сила земли. Мы наполним её плоть своим семенем. Верно, — он хлопнул в ладоши. — Давайте поедем по Дистрикт-Лейн. Это приведёт нас как раз туда, куда нужно.

***

Мы проехали через весь город на старом, скрипучем поезде метро. Руадан сидел в дальнем конце вагона, спрятавшись в тени и время от времени вызывая крики у тех, кто входил рядом с ним.

Мы с дядей Дарреллом сидели в центре вагона, и он достал свой барабан бонго, чтобы спеть мне серенаду в дороге. Чтобы поднять мне настроение. Я закрыла глаза, пытаясь мысленно представить себе более счастливое место, к которому — учитывая мрачные обстоятельства — относилась и Дворцовая комната.