Отдельно шли клеточные системы, молекулярная биология, регенерация, генетические технологии, нейробиология и несколько медицинских направлений.

Практика появлялась не сразу, но и не откладывалась куда-то на самый конец. Как только студент набирал необходимую базу и подтверждал, что способен безопасно работать, его постепенно начинали допускать к учебным лабораториям.

Дальше — больше.

У старших студентов были собственные исследовательские модули. Сначала под руководством преподавателей, потом уже с большей самостоятельностью. Можно было подключаться к действующим группам университета или собирать собственное направление из доступных дисциплин.

Я задержался на этом месте.

Вот это уже было интересно.

Вернулся в начало программы и прошёлся ещё раз.

Конечно, там тоже хватало вещей, которые сейчас казались мне далёкими от бессмертия. Только теперь я хотя бы понимал, зачем они нужны.

Нельзя заниматься клеточным старением, ничего не понимая в биохимии. Нельзя лезть в регенерацию тканей, игнорируя физиологию. Генетика тоже явно никуда не денется.

Чем больше смотрел, тем меньше программа напоминала набор отдельных наук.

Скорее всё постепенно собиралось вокруг одного объекта — живого организма.

Именно это мне сейчас и было нужно.

Не робототехника. Не материалы. Всё это никуда не денется.

Если получится то, ради чего я вообще сюда полез, времени потом будет достаточно.

А сейчас стоит хотя бы один раз не хвататься за всё подряд.

Я открыл ещё пару университетов из списка.

Один оказался очень близок к Кастору, но лабораторная практика начиналась заметно позже.

В другом можно было намного свободнее собирать собственную программу, зато часть необходимых мне дисциплин приходилось добирать отдельно.

Плохими они не были.

Просто каждый раз находилось для меня какое-нибудь «но».

Через некоторое время я вернулся к Кастору.

— Веста.

— Да?

— Покажи ещё раз их исследовательские направления.

Передо мной раскрылся список.

Я медленно пролистал его.

Клеточная биология.

Генетика.

Регенеративная медицина.

Исследования старения.

Вот на последнем я остановился.

Конечно, это ещё не означало, что там кто-то сидит и разрабатывает бессмертие.

Скорее наоборот. Судя по описанию, занимались вполне конкретными вещами: механизмами возрастных изменений, восстановлением функций тканей, накоплением повреждений, нарушениями клеточной регуляции.

Но именно с таких конкретных вещей всё и начиналось.

Я свернул список.

— Похоже, это подходит больше всего.

— Кастор соответствует заданным вами требованиям лучше остальных представленных вариантов.

— Я тоже заметил.

Несколько секунд ещё смотрел на главную страницу университета.

— Ладно. Что у них там с поступлением?

Веста открыла раздел для поступающих. Пробежался глазами по первым строкам.

Потом вернулся обратно. Прочитал внимательнее.

Улыбка постепенно исчезла.

— Ага.

Требования оказались заметно серьёзнее, чем я надеялся.

Для поступления нужно было подтвердить базовую подготовку сразу по нескольким направлениям. Биология, химия, математика, работа с данными, основы экспериментальной методологии. Отдельно проверялось умение разбирать результаты исследований и понимать, насколько вообще из них можно делать заявленные выводы.

Я открыл подробное описание первого блока.

С биологией ещё ладно. Большую часть перечисленных тем я хотя бы уже начал проходить.

Химия выглядела хуже.

Математика сначала вообще не испугала. Всё-таки с ней я дружил куда лучше. Потом открыл примеры и быстро понял, что одной моей старой базы здесь тоже будет недостаточно. Часть методов я видел впервые, другие знал только настолько, чтобы понимать название.

Дальше шёл анализ данных.

Потом экспериментальная методология.

Вот здесь список незнакомого снова начал расти.

— Веста, это минимальные требования?

— Да.

— Прекрасно.

Продолжил читать.

Само поступление состояло из нескольких этапов. Сначала проверка фундаментальных знаний. Затем задачи, где нужно было не просто дать правильный ответ, а объяснить ход решения. Последняя часть была связана уже с исследовательской работой: анализ предложенного эксперимента, поиск ошибок в его построении, оценка полученных данных и предложение дальнейших действий.