На этот раз думал недолго.

— Записывай.

Во второй раз всё началось почти так же.

Та же проверка личности, то же пустое окно терминала и первое задание перед глазами.

Разница была только во мне.

Первые блоки прошёл достаточно спокойно. Где-то требовалось определить, как изменение одного клеточного механизма скажется на всей системе. Где-то — подобрать подходящий способ измерения из нескольких возможных и объяснить выбор. Попалась задача на расчёт скорости реакции, потом ещё одна, где из набора данных нужно было понять, какое из нескольких объяснений происходящего вообще имеет смысл проверять дальше.

Некоторые вещи всё ещё заставляли долго сидеть над условием.

В одном задании мне дали результаты нескольких измерений, которые на первый взгляд противоречили друг другу. Раньше я бы сразу начал искать ошибку. Теперь сначала проверил условия, методы получения данных и только потом заметил, что измерялись связанные, но всё-таки разные процессы.

Дальше пришлось разбирать чужой план эксперимента. На этот раз искать специально спрятанные ошибки не требовалось. Нужно было решить, можно ли вообще ответить с его помощью на поставленный вопрос и что придётся изменить, если нельзя.

Пришлось менять почти половину схемы.

Было и задание, где правильного метода заранее не давали. Несколько вариантов могли дать нужные данные, но отличались точностью, временем и требованиями к материалу. Нужно было выбрать один и объяснить, чем я готов пожертвовать.

Вот здесь пришлось посидеть.

В прошлый раз я бы, скорее всего, выбрал самый точный.

Теперь сначала посмотрел, какая точность вообще нужна для поставленной задачи.

Под конец появился уже знакомый тип работы — самостоятельно построить небольшое исследование. Только тема была совершенно другой, поэтому просто повторить то, что я разбирал при подготовке, не получилось.

Я сначала определил, что именно хочу проверить, потом — какие результаты действительно будут что-то значить. После этого подобрал методы, контрольные группы и способ обработки данных.

Несколько раз возвращался назад и менял схему.

Когда закончил, уверенности на сто процентов всё равно не было.

Но на этот раз почти каждую часть ответа я мог обосновать.

Зачем выбран именно этот метод.

Почему нужны именно эти данные.

Какие ограничения есть у результата.

И что придётся проверить дополнительно, прежде чем делать окончательный вывод.

Когда последнее задание исчезло с экрана, я отправил работу и откинулся на спинку кресла.

Ошибки наверняка были.

Только теперь они уже не возникали из-за того, что я вообще не понимал, чем пользоваться.

Для начала этого было достаточно.

Результаты пришли через несколько дней. Я открыл сообщение от Кастора и сразу нашёл итоговую оценку: вступительное испытание было пройдено.

Несколько секунд просто смотрел на эту строчку, потом перечитал ещё раз, будто за это время там могло что-нибудь измениться. Не изменилось. Улыбка появилась сама собой.

Я откинулся на спинку кресла и провёл ладонями по лицу. Глаза неприятно резало от экрана, веки казались тяжёлыми, а под ними за последние недели успели появиться заметные тёмные круги. Последнее время я снова слишком часто засиживался допоздна: ещё одна задача, ещё один раздел, ещё полчаса — и спать. Только эти полчаса постоянно превращались в два часа.

Провёл пальцами под глазами и тихо выдохнул.

— Всё-таки получилось.

После этого уже спокойно полез в подробности. До идеала было далеко: ошибки остались и в химии, и в анализе данных, и в исследовательском блоке. Где-то я выбрал не самый удачный метод, где-то слишком уверенно интерпретировал результат, но теперь замечания касались уже не отсутствия половины необходимых знаний, а того, насколько хорошо я применял их в конкретной задаче.

Наверное, именно это радовало сильнее самой оценки. В прошлый раз мне буквально показывали, каких частей в ответе не хватает вообще, а теперь речь шла о том, что можно было сделать точнее или лучше.

Итоговая оценка превышала проходной порог. Ненамного, но мне сейчас и не требовалось быть лучшим среди поступающих. Мне нужно было попасть туда, где я смогу продолжить учиться уже на совершенно другом уровне.

Ниже находилось предложение подтвердить зачисление, и на этот раз долго раздумывать я не стал. Нажал кнопку, дождался обновления страницы и увидел новый статус.

Зачислен.

Я невольно улыбнулся ещё шире и несколько секунд просто сидел перед экраном. Всё это время мне казалось, что в случае успеха реакция будет куда спокойнее, но теперь внутри появилось приятное чувство облегчения, к которому постепенно примешивалась настоящая радость.

Родители были дома, поэтому долго сидеть в одиночестве я не стал.

За последние месяцы они вообще старались мне не мешать. Видели, сколько времени я трачу на подготовку, интересовались результатами, иногда буквально вытаскивали меня из комнаты поесть или хотя бы немного пройтись. Мама постоянно следила, чтобы я опять не начал жить исключительно перед терминалом, а папа обычно ограничивался короткими напоминаниями не загонять себя. О поступлении они знали с самого начала и, кажется, переживали за результат не меньше меня, просто старались этого не показывать.