Шрифт:
Тембр его голоса был спокойным, велеречивым и доброжелательным. Говорил Император негромко, однако благодаря магам воздуха, находившимся среди Инквизиторов и деканов Семинарии, его слова разносились воздушными потоками по всей арене и были отчётливо слышны каждому зрителю.
Этот непростой акустический приём в Физарской империи использовали довольно часто. Например, для передачи приказов легионного командования. Воздушные потоки позволяли быстро донести слова на небольшое расстояние. А при необходимости — наоборот, не дать неприятелю услышать лишнего, отсекая звуковой поток от чужих ушей или уводя его в противоположную сторону.
Но добиться такого значительного усиления громкости путём многократного отражения звука было весьма непросто.
«Ох и искусны же эти чародеи», — подумалось в тот момент Арону.
— После ухода Могучего Яриса за грань нашего мира мы обрели веру в Него и до сих пор чтим Его заповеди и устои, которые Он щедро оставил своим последователям — всем жителям благословенной Им Физарской империи!
Напор в голосе Зилата постепенно усиливался и вскоре начал вызывать у зрителей благоговейный трепет, вылившийся в очередную бурю эмоций на трибунах.
— Следуя Его заветам и устоям, именно стихийные маги подарили новой империи мир, спокойствие и стабильность, а затем привели её к небывалому величию и процветанию! — продолжал разжигать сердца своих подданных Император. — И где же нам ещё, как не в самой Семинарии, служащей оплотом знаний и горнилом новых повелителей стихий, отмечать такой великий праздник, как первый день сезона дождей? Знаменующий прежде всего начало нового учебного года!
— Нигде больше! — прозвучал эмоциональный выкрик из толпы.
Ему начали вторить другие:
— Только здесь!
— Нет места лучше!
— Вот и я так думаю! — благожелательно произнёс Император, вновь разводя руки в стороны. — С праздником, дорогие подданные Физарской империи! Да пребудет с нами Ярис!
— Да пребудет с нами Ярис! — оглушительно ответила поднимающаяся со своих мест многотысячная толпа.
В этот момент Зилат запрокинул голову, устремив взгляд ввысь, затем резко вскинул над головой сжатый кулак. С его руки высоко в небо ударил столб яростного пламени.
Арон уже видел подобное проявление магии у Дистора — адепта огненной стихии, управлявшего вместе с напарницей Келлой воздушным шаром, доставившим паренька в столицу. Но пламя Небесного странника и близко не могло сравниться с проявлением силы Дара потомка самого Яриса.
Яростный столб огня устремился ввысь. Там, высоко над ареной, пламя стало постепенно сворачиваться в огромный огненный шар, который с каждым мгновением увеличивался в размерах.
Зилат опустил кулак, переставая извергать пламя, но огненный шар не потух. Он застыл примерно в паре сотен локтей над землёй, продолжая шириться, пока огненный столб, словно длинный шлейф, полностью не втянулся внутрь.
Наконец, когда последний язычок пламени исчез внутри, огненный шар ещё пару ударов сердца неподвижно висел над ареной, словно второе солнце, а затем разлетелся фонтанами гаснущих огненных искр.
В тот же миг над ареной раздался истошный хищный клёкот, а в самом центре огненной вспышки распахнул крылья огромный феникс.
Огненная птица горделиво взмахнула крыльями и устремилась вниз. Спустившись почти к самой арене, она величественно описала широкий круг над застывшими от восторга трибунами, затем резко ускорилась и понеслась куда-то на север.
Там, вдали, в небе одиноко висело дождевое облако. Подлетев к нему, феникс несколько раз облетел его по кругу, затем завис рядом и каким-то немыслимым образом подцепил облако когтистыми лапами.
Теперь огненная птица возвращалась к своему создателю, натужно, но всё так же горделиво размахивая крыльями и волоча за собой пойманную добычу.
Долетев до арены, феникс выпустил облако, отлетел немного в сторону, развернулся, пару раз взмахнул крыльями и с пронзительным клёкотом ринулся прямо в него. Облако мгновенно вобрало в себя огненную птицу, почернело, заметно увеличилось в размерах, заслонило солнце и превратилось в огромную грозовую тучу.
И грянул оглушительный гром, а ослепительная кустистая молния ударила в громоотводный шпиль, возвышавшийся над самой высокой точкой арены.
В тот же миг пошёл дождь.
Многие зрители испуганно вскрикнули и попытались укрыться от хлынувших с неба потоков воды. Некоторые женщины в роскошных платьях и с пышными причёсками в панике искали хоть какое-нибудь убежище, но это было совершенно бесполезно.
Вернее, в этом вовсе не было необходимости, поскольку ни одна капля не упала ни на зрителей, ни даже на песок арены.