Шрифт:
Следом шли мечники. Как и предыдущий десяток, щитов они не имели вовсе, зато у каждого было по два длинных прямых меча.
«Неудивительно, — подумал парень, — если в Гордость Физарии приглашают отличившихся ветеранов со всех легионов империи, то и оружием они владеют разным. Интересно, как же тогда они проходят боевое слаживание? Или у каждого десятка воинов своя задача?»
Тут взор парня привлекли въехавшие на арену всадники. Скакали они неспешно, по пять коней в ряд. Наездникам приходилось постоянно сдерживать своих жеребцов, рвущихся перейти на галоп.
— Видать, из Резвых рысаков, — услышал Арон слева от себя голос кого-то из одногруппников.
— Да. Эти лошадки не привыкли медленно плестись под марш, — ответил говорившему Белат, — им бы с места в галоп, да на кочевников!
Арон поспешно отвернулся. Ему не хотелось продолжать начатую перепалку.
«Это ещё успеется, — подумал парнишка, — а пока лучше посмотреть парад и спокойно пройти церемонию посвящения. А вот потом уже, после становления полноценным учеником Семинарии, посмотрим — кто кого…»
Вслед за конными подразделениями на арену вышла сотня явно особо привилегированных воинов в богато украшенных доспехах. Их церемониальные парадные шлемы с различными плюмажами красных оттенков были сняты и находились в левой руке, прижатой к корпусу на поясе. Оружие было спрятано в ножнах или приторочено за спинами.
Эта сотня не пошла вдоль трибун, как остальные легионеры, а направилась прямиком к центру арены.
«Маги легиона», — восторженно подумал Арон.
Не дойдя с десяток шагов до пирамидоподобной сцены, легионеры остановились, устремили взгляды на Императора и все как один приложили правую раскрытую ладонь к центру груди, прикрыв изображённого там феникса.
Традиционно этот жест обозначал безграничную преданность имперской короне и защиту Физарской империи, символом которой и являлась огненная птица — герб рода Великого Яриса.
Император ответил на приветствие легионных магов, по совместительству являвшихся командным составом первого легиона — Гордости Физарии, доброжелательным и почтительным кивком головы.
Почти в это же время марширующие воины остановились. Из ворот арены вышла заключительная сотня бойцов. На них были облегчённые кожаные доспехи, в руках — парные короткие, но широкие мечи, а за спинами — ловчие принадлежности.
«Особая центурия егерей легиона», — догадался Арон.
Музыка стихла.
Легионеры, расположенные ровными квадратами по всей окружности арены, синхронно выполнили разворот, повернувшись лицами к зрительским трибунам. Только конные отряды остались стоять ровно, а всадники лишь повернули головы.
Разумеется, на арене находился не весь первый легион целиком. Как помнил Арон, в Гордости Физарии насчитывалось более трёх тысяч пехотинцев, а также по тысяче стрелков, конных и егерей. Кроме того, в легионе присутствовало более пяти сотен боевых магов.
Сейчас на арене расположилась едва ли тысяча легионеров.
«Должно быть, для парада выбрали самых прославленных, — мелькнула у Арона мысль, — или же остальные несут службу, охраняя столицу империи и её окрестности даже в праздник!»
Парнишка задумчиво наморщил лоб и почесал затылок. Светлую чёлку он постоянно откидывал назад привычным движением, отчего лицо его казалось ещё уже, а подбородок — заострённее.
«Вообще, это немного странно. Что может произойти-то, если в империи всё спокойно? Тем более в такой день?»
Развивать эту мысль дальше Арону не позволила очередная смена действия в идущем полным ходом торжестве.
Один из шести советников Императора, находившихся на втором ярусе пирамидоподобной сцены, вопросительно взглянул на своего повелителя.
Встретившись с Зилатом взглядом и дождавшись одобрительного кивка, Мастер войны Дэитар торжественно спустился вниз. Арон уже давно подметил, что один из советников Императора облачён в красный плащ и парадную форму первого легиона.
«Значит, Мастер войны служит в Гордости Физарии? Интересно, кем же?»
Ответ на свой вопрос парнишка получил почти сразу же.
Дождавшись подошедшего к ним советника, маги первого легиона торжественно повторили стойку «смирно» и приветственный жест. Дэитар ответил тем же жестом, приложив ладонь к центру груди, после чего отдал команду «вольно». Затем прославленный на всю империю воитель небрежным взмахом головы откинул со лба чёрную прядь волос и направился к воинам.
«Похоже, что Мастер войны — командир Гордости Физарии», — запоздало понял Арон. Признаться, раньше ему не приходило в голову озаботиться мыслью: кто же возглавляет первый легион империи.