Шрифт:
Глава 9. «Пропавший звездолет»
Сложно сказать, что подтолкнуло пойти на назначенную мне Альбатросом встречу. Возможно, я сделал это для очистки совести. Или просто поддался своему любопытству.
Диггер долго возражал против моего решения: по его мнению, «Пропавший Звездолет» пользовался нехорошей репутацией. Мне пришлось даже выдумать небольшую историю о старой знакомой, якобы назначившей мне свидание в баре. Сейчас Диггер по моей просьбе сидел в машине на улице. Каждую четверть часа он заходил внутрь, чтобы оценить ситуацию своим взором. Небось, еще известил местную полицию о моем присутствии в их районе, чтобы те на всякий случай были наготове.
Я взглянул на часы: 20.47. По правилам этикета, Альбатросу пора бы уже появиться.
Тем временем принесли мой заказ. Пиво оказалось неплохим, с легкой горечью. Креветки, выращенные в конкордийском океане, тоже вполне соответствовали моим предпочтениям.
Сам того не желая, в голове я строил догадки по поводу предстоящей встречи. Чисто из принципа я не стал делать запросы относительно выяснения личности Альбатроса, чтобы непредвзято оценить ту информацию, которую он сообщит. Мне импонировало, что до этого момента он действовал весьма грамотно и осторожно. Он не стал выходить на меня через электронные средства общения — ведь Де Ловерг, которого он явно опасается, наверняка имеет доступ к этим каналам: может прослушать звонок, прочитать письмо. Также Альбатрос не стал являться на первую встречу самостоятельно, а подослал подставное лицо: в случае, если бы я поднял шум во время того, как блондинка в деловом костюме передавала мне его послание, он имел время и возможность скрыться. А сама девушка — скорее всего, человек наемный, не в курсе того, кто он такой и как его найти. С другой стороны, он подписался под запиской, то есть как бы показал свою искренность. Не важно — своим именем или чужим, главное — подписался. Опять же, на Конкордии людей с именем Альбатрос может быть несколько десятков, а может, и сотен, так что он может легко выкрутиться, если его все-таки по каким-либо причинам схватят. Единственный сомнительный момент в этой истории был связан с Диггером, который сегодня днем, как и я, мог заметить слежку и сообщить об этом Де Ловергу. Но других возможностей заявить о себе у Альбатроса, по всей видимости, не было, и ему приходилось рисковать...
Я поймал себя на мысли, что строю предположения на пустом месте: у меня слишком мало информации, чтобы делать какие-то выводы. В конце концов все это могло оказаться ничего не значащей ерундой или бредом какого-нибудь чудика.
Я осматривал помещение бара, выискивая подозрительных людей, которые могли хоть как-то походить на скрывающегося подпольщика, но не находил таковых. Посетители вели себя естественно: пили горячительные напитки и развлекались. Пожалуй, только компания в углу привлекала всеобщее внимание, да и то по другим причинам — разгулявшиеся подростки вели себя излишне шумно и слегка вызывающе.
В 21.20 я понял, что встреча не состоится. Это разочаровало и раздосадовало меня. В голову лезли мысли о нелепом розыгрыше. Маловероятно, конечно, но все это могло быть подстроено Де Ловергом: подкинул мне записку провокационного содержания, чтобы испытать мою подозрительность. А еще таким незатейливым способом он мог проверить уровень доверия к себе: ведь в послании было прямо сказано о нем, причем в крайне нелестной форме: «Де Ловерг обманывает Вас». Своим визитом в «Звездолет» я показывал, что не верю в его трактовку событий двухгодичной давности.
Последняя мысль, при всей своей надуманности, совсем испортила мне настроение. Если это и действительно так, то я попал в крайне дурацкую ситуацию, из которой нужно срочно выбираться. Но как?
Я поразмыслил и пришел к выводу, что не потерять лицо в создавшемся положении могу только в одном случае: если сам выясню, кто такой этот Альбатрос, найду его и встречусь с ним. А потом я могу говорить Де Ловергу, что решил самостоятельно разобраться со злоумышленником, хотевшим вбить клин в отношения двух инспекторов.
Задача, надо сказать, не из легких. Ввиду того, что на Конкордии людей с именем Альбатрос может быть достаточно много, я решил начать поиск сразу с баз данных местной полиции и ЦУР, пароли на доступ к которым мне днем дал Де Ловерг.
Я заказал еще пива с солеными орешками и открыл свой видеофон, который имел все функции компьютера и выход в местную сеть.
Досье на Альбатроса не было. Точнее, они были, но все четверо найденных мною Альбатросов не подходили: двое давно умерли, другие двое отбывали свои сроки в тюрьме — один за кражу, другой за разбойное нападение. Я решил оставить их в покое и вернуться к ним только в том случае, если ничего более существенного найти не удастся: приятно знать, что последняя возможность, пусть даже самая маловероятная, все-таки имеется.
В делах, связанных с религиозным бунтом и смертью Джонсона он тоже не фигурировал. Я просмотрел досье на Джонсона, Де Ловерга и даже Диггера, но так ничего и не добился: упоминаний о каком-либо Альбатросе там не было. Я попробовал более сложные запросы с сопряженными между собой условиями поиска, но вновь безрезультатно.
Примерно через полчаса, когда кружка с пивом опять опустела, я понял, что пытаюсь найти иголку в стоге сена. Причем не факт, что эта иголка вообще существует.
Я подозвал официантку и попросил еще пива.
— Темное, — уточнил я.
Пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку, я еще раз открыл дело о гибели Джонсона и замер от удивления. Готов поклясться, что несколько минут назад, когда просматривал материалы, на титульной странице, где указываются различные статистические данные о деле, количество фигурантов было другим: я точно не запомнил предыдущее число (незачем мне было его запоминать), но оно заканчивалось не на двойку, а на тройку. Это абсолютно точно, мою визуальную память не провести. Иногда я, сам того не желая, фиксирую различные мелочи, и, кажется, сейчас такая мелочь оказалась очень даже существенной деталью.