Шрифт:
Система предлагала мне променять кота на пробитие потолка, который беспокоил меня сейчас больше всего. Не совру, если скажу, что задумался. Жить мне осталось не так долго и хотелось увидеть больше этой таинственной стороны моей новой жизни, но…
Поступил бы так нормальный человек? Как же так можно — взять и продать зверя, который поверил тебе, ел из твоих рук?
Рыжая тем временем снова улеглась, сунула голову мне под руку и замурлыкала, перебирая красными коготками по новым штанам.
| Отказ принят |
Больше окно ничего не написало.
Сияние после такого возвращалось долго. Минут десять я сидел и ждал, пока в голове перестанет плыть, а потом оно проступило само, стоило руке лечь рыжей на бок.
Нить я вытянул с указательного пальца левой руки и прилепил к дверной ручке. Натянул посильнее и тут же почувствовал разницу, потому что нить не бледнела. Тянул я её куда сильнее, чем в каптёрке, а она держала и лопаться даже не думала.
Тогда я отлепил её ногтями правой руки, чтобы не щёлкнула, и вышел в прихожую. Там прилепил нить к вешалке и потянул так же, только она тут же побледнела, истончилась и провисла от первого натяжения. Смотал её, вернулся в комнату к той же ручке, и нить опять налилась.
Рыжая лежала и следила за мной одним глазом.
— Рядом, значит, работает, — сказал я ей. — А я-то думал, ты ко мне просто так липнешь.
…
Телефон зажужжал уже затемно, когда рыжая спала у меня на коленях. На экране высветилось «Долик», и трубку я взял сразу, пока кошка не проснулась от жужжания.
— Фрост! — у него на фоне, как всегда, бубнил телевизор и порой даже перекрикивал его. — Слушай, я тут нашёл…
Тут Долик закашлялся, да так, словно начал легкие выплевывать, после чего отодвинув трубку и на фоне я слышал лишь обсуждение того, откуда взялись марсиане. Ждал я молча и параллельно гладил рыжую. Раз горло его так держит, значит, разговор зашел про систему.
— Короче, — выдавил Долик, когда продышался. — Нормальная такая мразь. Не… Ну не такая маленькая, как тогда, у реки. Фрост, я один это не потяну, правда.
— Завтра смена, — сказал я, уставившись куда-то в стену.
— Тогда во вторник с утра. — затараторил он, — Я заеду, всё возьму, ты только сам приходи. Позже нельзя, Фрост, понимаешь? Позже никак.
Если позже никак, значит и таймер у разрыва уже тикает. Найди он её сегодня, к вечеру вторника станет поздно, а там выплеск, и кто-нибудь ляжет в землю, как ребята с моего тц.
— Нет, Серёг.
Долик замолк и в трубке остался один телевизор. Рыжая на коленях шевельнулась, и красные когти на миг показались у неё из шерсти.
Отказывал я ему, а сам прикидывал, чем ему там буду помогать. Кашляю в тишине, а твари идут на звук, у реки одна ко мне от одного кашля и повернулась. В нормальном разрыве я его подставлю на первом же повороте. А свалюсь там, так он узнает про всё, что я так не хотел ему рассказывать.
Врать не буду, хотя бы не сам себе. Стоило мне услышать его слова, как внутри все свернулось и появилось это треклятое чувство жажды приключений, как когда-то в детстве. Хотелось мне туда, хоть ты тресни. Там лут, там рост, и там я могу дышать полной грудью, не как здесь, в четырех стенах
— Не пойдёшь со мной, — сказал Долик, но голос у него вышел очень тихим, отчего я едва разобрал, — значит, пойду один.
Этот парень явно попрется туда один, я готов поставить на это все. Да и не видно, чтобы он шутил, значит, дело действительно серьезное.
— Серёг…
— Во вторник, Фрост. Я позвоню.
Гудки пошли раньше, чем я успел ответить.
Глава 15
Рыжая проспала у меня на коленях до полуночи. Стоило мне встать за водой, как она тут же перебралась в мою ямку на диване. Сгонять её было жалко, раз уж она там пригрелась, поэтому я сел на самый край.
Раньше ночи у меня уходили на эксперименты с навыками, лишь бы не сидеть в тишине. Теперь под боком сопела кошка, и коротать ночь так оказалось даже ничего.
Около двух она спрыгнула на пол и пошла нюхать углы в прихожей. Тут-то я и вспомнил про то, что подготовил для нее импровизированный лоток. Однако, если она найдёт угол получше, отмывать его придётся мне.
Поэтому в ванную я отнёс её на руках и посадил прямо в противень. Газеты она обнюхала, но тут же выпрыгнула и долго трясла задней лапой, словно вляпалась в какую-то грязь.
Кошек у меня отродясь не было, и что с ней делать, я понятия не имел. Решил тогда как с молодым во взводе — показать, где что лежит, и не дёргать, пока само не дойдёт.
Вот только сколько её туда ни сажай, она выпрыгивала, а к противню и близко не подходила. Дальше порога ванной она вообще не шла и хвост прижимала к лапам. Тут до меня наконец дошло, что в этой самой ванной я ей вечером устраивал пытку душем. Кто ж по своей воле полезет туда, где его мыли? Я бы и сам не полез.
Раз ванная её пугает, противень я перетащил к самому порогу, чтобы далеко заходить не пришлось, а дверь подпёр тапком. Стоять над душой тоже было без толку, так что я ушёл на кухню и в ванную больше не заглядывал. Зато под утро оттуда зашуршали газеты. Выглянул в коридор, а рыжая сидела в противне и смотрела в стену с таким видом, словно её тут и не было.