На лице самого Канана читалась смесь шока и замешательства. Шок от осознания, замешательство от того, что видели его глаза. Даже в своих мыслях он представлял этих существ в непостижимых пропорциях, но они были едва ли вполовину того размера, что имела проекция бога Слаанеш, с которой он сражался. Но без сомнения… Главным вопросом, бившимся в его мозгу и затмевающим все остальные… Был вопрос: какого хрена он здесь делает?

Серьезный орк: — Ну… Это твои проблемы. Веселый орк: — Да ладно тебе, Морк. Не будь занудой. Морк: — Моя уже выбрал себе чемпиона. А этот меня ваще не впечатляет. Горк: — Ну… Есть тока один способ это проверить.

Великие орочьи боги снова посмотрели на беловолосого орка. Теперь Канан мог идентифицировать их: Морк, Брутально Хитрый, тот, кто отказывался признавать его силу. И Горк, Хитро Брутальный, тот, кто не переставал улыбаться… словно видел в Канане нечто, чего тот сам в себе не замечал… или словно у него было что-то на уме.

Морк: — Лады. Моя его испытает.

Канан не успел даже задать вопрос, как почувствовал, что кулак Морка впечатался ему в грудь в мгновение ока. Это было до нелепого быстро. Гораздо быстрее любого удара, который он когда-либо видел в своей жизни. Настолько, что Канан задался вопросом, ударили ли его кулаком или это была какая-то психическая атака. Но для бога… это был просто незначительный тычок, в который он вложил смехотворную долю своей силы.

Расстояние, которое пролетел Канан, невозможно было измерить. Не только потому, что они были в Имматериуме, но и потому, что он потерял сознание с момента удара и до того момента, как рухнул на «землю», кувыркаясь бесчисленное количество раз и чувствуя, как его тело вспахивает зеленые поля травы. Беловолосый орк теперь лежал на земле, раскинув руки и ноги как тряпичная кукла, не подавая никаких признаков сознания. Судя по всему, удар Морка оказался слишком сильным для простого смертного… Да и как могло быть иначе?

Братья-зеленокожие были одними из самых могущественных божеств Имматериума. Теми, кого сами Боги Хаоса предпочитали не злить. И теперь душа простого смертного получила удар, который, без сомнения, дезинтегрировал бы каждую клетку его существа, получи он его в свое физическое тело.

Морк замер на секунду, его кулак всё еще был вытянут, а от костяшек поднимался легкий белый дымок от силы удара. Его лицо не выражало никаких эмоций, и это было неудивительно, ведь даже он, несмотря на свой скептицизм, ожидал от этого беловолосого зеленокожего куда большего. Но реальность оказалась весьма разочаровывающей.

Бог отвернулся, ясно давая понять своему брату выражением лица, насколько он разочарован его выбором. Он задавался вопросом, о чем вообще думал Горк, считая, что в этом зеленокожем есть что-то особенное. Да… он был умнее… но не более того. Однако Горк совершенно не выглядел разочарованным. Как раз наоборот. Его веселая улыбка стала только шире, а глаза смотрели не на брата, а на того, кто, по идее, не должен был иметь ни малейшего шанса продолжить бой.

К удивлению самого Морка, повернув голову, он увидел Канана, который с трудом поднимался с перепаханной под его ногами земли. Боль в животе была постоянной и подавляющей, и, будь у него физическое тело, он бы точно был залит кровью из разорванных внутренних органов. Но это не отменяло слабости и боли, которые он чувствовал в самой своей душе. Но… его лицо, словно оторванное от реальности, выражало лишь довольную ухмылку. Даже зная, что у него нет никаких шансов уйти отсюда живым.

Морк смотрел на него мгновение, и его безразличие сменилось легким проблеском любопытства. Он сделал шаг вперед, хрустнул костяшками пальцев в предвкушении грядущего избиения. И крепко сжал кулаки, давая противнику понять, что не проявит ни капли пощады. Главный вопрос был в том… Насколько хватит воли Канана?

Без сомнений, это можно было считать самым неравным противостоянием в истории. Вымотанный до предела, Канан изо всех сил старался удержаться на ногах перед всемогущим Морком, который даже не дрался всерьез. На самом деле, он вообще не дрался, а лишь делал вид. В глазах одного из богов орочьей войны Канан был не более чем простым червем, ползающим по грязной земле. Тараканом, который отказывался умирать. Слабым и ничтожным существом, которое не смогло бы победить их даже в самых диких фантазиях… Но тем, кто раз за разом поднимался.

Душа Канана была истощена, и всё же он вставал снова и снова. Морк даже не напрягался, избивая его, поскольку не чувствовал никакого желания драться с беловолосым орком. Он просто бил его снова и снова в надежде, что тот наконец сдастся, но Канан этого не делал. Неважно, сколько раз его метафизическое тело падало на зеленую траву, он снова поднимался. Неважно, сколько раз он оказывался впечатанным в землю, он встряхивал мышцы и снова вставал на ноги. Для Морка это было пустой тратой времени. Скукой, не вызывающей никаких эмоций. А Горк даже не вмешивался — ни словом, ни попыткой помочь тому, кого выбрал своим чемпионом. Он просто смотрел издалека, безмятежный… и со странным следом удовлетворения на лице.

Горк (примечание: Морк) устал от всего этого, ему было скучно. Настолько, что он перестал вкладывать хоть какие-то усилия в свои действия. Настолько… что он расслабился. В порыве полнейшей скуки он решил ударить Канана в лицо. Очередной удар из многих. В надежде, что он станет последним. Что эта агонизирующая скука наконец-то закончится. Он так надеялся, что Канан останется лежать — либо признав поражение, либо вырубившись окончательно. Он так на это надеялся… что не заметил, как беловолосый орк ни на секунду не отвел от него глаз.