Внезапно кулак орочьего бога не встретил никакого сопротивления. Он прошел впустую, рассекая лишь воздух. Его полуприкрытые, скучающие и лишенные эмоций глаза слегка расширились, когда он увидел, что Канан пригнулся, пропустив кулак противника над собой и оказавшись в идеальной позиции для контратаки. И тут улыбка Морка стала более явной.

Морк оказался в очень неудобном положении. Он никогда не думал, что окажется в такой ситуации, особенно учитывая, что не воспринимал бой всерьез. Но он ничего не смог поделать, когда Канан вынырнул из собственной тени, пробив мощнейший апперкот прямо под подбородок орочьего бога.

Удар спровоцировал мощный звуковой хлопок, который разнесся на бесконечные расстояния — в конце концов, в Имматериуме пространство относительно. Но это определенно был отличный удар. Любой другой наверняка бы рухнул в нокаут от такого сотрясения мозга, или как минимум сильно бы зашатался… Если бы они не были богами-близнецами войны.

Морк был… потрясен. Не потому, что ему было больно или что-то в этом роде, и уж тем более не потому, что у него закружилась голова, а потому, что это действительно был отличный удар. У этого ничтожного насекомого хватило духу ударить его в ответ. То, чего он никак не ожидал, даже сражаясь вполсилы. Но тем не менее… это произошло.

Лицо Морка выражало явное удивление, в то время как Канану оставалось лишь отступить назад, подняв блок, в надежде получить достаточно времени для реакции, если Морк контратакует. Но этого, казалось, так и не произошло. Морк же не сводил глаз с пространства над головой Канана, глядя на бесконечный пейзаж зеленой травы и медленно поднимая руку к своему подбородку. Он потер то место, куда пришелся удар, рефлекторно, и был немало удивлен, заметив там крошечную отметку. То, чего ни один смертный никогда бы не смог сделать… И тогда… на этот раз улыбнулся Морк… И взорвался.

Канан почувствовал мощь черной дыры прямо перед собой. Глаза беловолосого орка расширились от шока, когда колоссальное количество энергии вырвалось из тела Морка, дезинтегрируя его метафизическую оболочку и показывая, кем он был на самом деле. Исполинское божество колоссальных масштабов, способное проглотить несколько планет за один присест.

Канан увидел это. Он увидел воочию истинную мощь верховного бога. Он смог созерцать истинное великолепие. Абсолютную власть. Силу, способную стереть саму реальность, если бы он только этого захотел.

Канан отступил на шаг, тщетно принимая боевую стойку. Он знал, что не сможет победить эту штуку. Он знал, что не сможет сбежать от своей судьбы. Он знал, что нет никаких шансов выжить под этим гневом… Он знал это… И всё же он улыбался так широко, как никогда прежде.

Не сделать этого было невозможно. Было невозможно не рассмеяться перед лицом такой сокрушительной мощи. Может быть, от восторга созерцания такого великолепия. Может быть, от безумия, которое это вызывало. Или, может быть, от того и другого. Но факт оставался фактом. На лице беловолосого орка сияла самая довольная улыбка из возможных, хотя колокола уже звонили по его душу, требуя его дух. О боги… Эта смерть действительно будет достойной… Или он так думал.

Всё это волнение… Весь этот адреналин, бомбардировавший тело Канана, испарился так же быстро, как и появился, когда он услышал оглушительный смех самого Морка. На его глазах эта колоссальная масса энергии внезапно исчезла, и орочий бог вернул себе прежнюю форму. Ту самую пятнадцатиметровую форму — минимум, до которого бог мог сжать свою мощь. Иначе это было бы невозможно. И словно замешательства Канана было недостаточно, Морк снова рассмеялся.

— Лады. Мне нравится этот недомерок. — Я ж говорил, в нем больше, чем видят твои зенки, — отозвался Горк. — Твоя че, называет меня слепым? — оскалился Морк. — Не… Моя называет тебя идиотом. — А ну повтори мне это в лицо! — О да! Моя скажет это прямо в твою сквижью морду!

И вот они здесь… Два самых могущественных бога Имматериума, дерущиеся между собой, как маленькие дети, хотя масштабы их боя были колоссальными. Ничто не приносило этим двоим большего удовольствия, чем дубасить друг друга на голых кулаках. Никакого оружия, никакой магии. Их кулаки были единственным доступным оружием, а тела — единственным щитом. Брутальная битва, сотрясавшая землю с каждой атакой, создавая и уничтожая горы одним лишь весом их шагов. Удары, чьи звуковые волны сотрясали Имматериум, выбрасывая варп-энергию во всех направлениях за пределы Великого Зеленого. Их мощь была просто феноменальной.

А посреди всего этого хаотичного моря находился Канан, который, вместо того чтобы наслаждаться жестоким зрелищем демонстрации силы, делал всё возможное, чтобы его не раздавили. Будь то сами орки или местность, которая просто не подчинялась никаким законам физики. Он просто летал с места на место без какого-либо направления или смысла. Канан видел это и… находил это красивым… по-своему.

Сколько времени прошло? Кто знает. Боги сражались друг с другом, пока мощный удар головами с обеих сторон не отвлек их, напомнив, что в их королевстве всё еще находится своеобразный гость. Гость, чье лицо выражало смесь шока и благоговения, даже несмотря на то, что он был наполовину закопан в землю на этом изломанном рельефе. Сам факт того, что он не был раздавлен во всей этой суматохе, уже был чудом.