Удостоверившись, что застать врасплох врага становится маловероятно, Мерион и Ольгерд резко свернули в сторону дороги и уже почти в полной темноте вывели нас на площадь перед храмом… Пробежав по каменной полке к сияющему порталу в очень хорошем темпе, мы в последний раз кинули взгляд на чужой мир и юркнули в переход…

Глава 53. Наместник Аниора Эдвин.

–  Господин! Вставайте!
– голос клирика Шомера вырвал иерарха из сна и заставил зарычать от бешенства:

–  Что случилось, Демоны тебя подери? Не мог подождать до рассвета?

–  Господин! Пришествие началось!!!
– испуганное лицо подчиненного заставило Эдвина вскочить с кровати и, забыв про мгновенно улетучившиеся остатки сна, начать в темпе облачаться в парадный доспех: явиться к Императору в повседневной одежде было бы верхом идиотизма.

–  Коротко, подробно, быстро!
– рявкнул он, затягивая ремешки на сапогах.

–  Воины, несущие службу в Ущелье Последней Тропы, увидели сияние Портального камня. Вернее, увидел тот, кто стоял к нему лицом. И ослеп! Старший караула оставил двоих охранять камень, а сам лично прискакал ко мне и доложил! Крепость у Тропы поднята по тревоге. Гарнизон Аниора - тоже… - то и дело сбиваясь, доложил Шомер.

–  Император в курсе?

–  Н-нет, господин! Я решил, что сначала должен доложить Вам!

–  Молодец… Соображаешь!
– бросая услужливо поданный парадный церемониальный топор на постель и подхватывая боевой, буркнул иерарх и, выталкивая путающегося под ногами клирика в коридор, рявкнул - Из города никого не выпускать, утроить охрану на стенах и у ворот… На дороги - усиленные разъезды… Подготовить трибуны к посещению Императора! Бегом!!!

Кинув на себя взгляд в огромное зеркало в коридоре, Эдвин быстрым шагом пронесся по доброй половине дворца к покоям Императора Гарга и, замерев перед скрестившими алебарды воинами из личной охраны владыки, холодно поинтересовался:

–  Где дежурный офицер?

–  Не положено!
– выступил было один из солдат, но почувствовав возле своего горла лезвие топора иерарха, вдруг заорал:

–  Нападение!!!

–  Идиот!
– отскочив от воина - недоумка и опуская топор к полу, чтобы выбегающие их двух соседних дверей телохранители Императора случайно не порубили его на куски, прокомментировал поступок солдата Эдвин и, не сопротивляясь, дал себя скрутить…

–  Поймали? А теперь живо ко мне дежурного офицера, болваны!
– согнутый в три погибели, иерарх рявкнул так, что гордые своим героическим поступком солдаты слегка ослабили захваты… - Иначе вы все станете короче ровно на голову… Это я вам обещаю…

Заспанное лицо офицера, вальяжно вывалившегося из караулки, и нехотя выслушавшего короткое сообщение иерарха, сначала побледнело, а потом покрылось красными пятнами - задержка Такой новости точно могла стоить головы! Мгновенно исчезнув за портьерами, прикрывающими дверь в покои Императора, он сломя голову понесся по анфиладе комнат, моля Творца, чтобы государь проявил к нему толику снисходительности…

Стоя в окружении слегка растерянных солдат и потирая затекшие руки, Эдвин, наконец, расслышал далекий топот. К его удивлению, из практически выбитой сильным ударом двери показался не давнишний офицер, а сам император Гарг Кровавый! Упав на одно колено, как того требовал этикет, иерарх потянулся было к руке государя, чтобы прикоснуться губами к перстню с изображением символа Империи - маленького кровавого топора, - но не успел:

–  Встань! Докладывай!
– император, стоя на каменном полу босиком и в тонкой белоснежной хламиде, заставил его встать и вдруг, заметив толпу обалдевшее пялящихся на него солдат, зарычал: - Вон отсюда все! Бегом!!!

Все время, потребовавшееся для одевания государя в парадные одежды и для построения войск, поднятых по тревоге, в походный порядок иерарх находился рядом с венценосной особой, в качестве особой благосклонности подарившей ему сутану со своего плеча. Держа в левой руке аккуратно сложенную тряпку и не представляя, как и куда ее девать, Эдвин, стараясь удержать на лице выражение запредельного счастья, зверел от злости: времени, потраченного на пустые метания по комнатам, могло хватить на полноценный хороший завтрак, утреннее омовение и небольшую разминку. Впрочем, выступить из Аниора все-таки удалось: сначала из ворот вынесся кортеж императора с тремя сотнями телохранителей, а вслед за ними появились и полки тяжелой пехоты.

Где-то за четверть до рассвета втянувшись в настежь распахнутые ворота крепости, перегораживающей вход в ущелье, а потом и на саму Последнюю тропу, кортеж немного сбавил ход. Несмотря на то, что факелов в руках у телохранителей все еще было предостаточно, двигаться стало заметно сложнее - узкая тропа могла пропустить не более трех, а иногда и двух всадников в ряд. Слушая, как чертыхается Император, проклиная ужасную дорогу, иерарх то и дело вытирал вспотевшие ладони о рясу - попадать под горячую руку государя что-то не хотелось…

Наконец, тропа стала шире, появились гостевые трибуны, и дав команду солдатам, двигающимся сзади, остановиться, Эдвин соскочил с коня, пробежал между замешкавшимися придворными и первым помог государю спешиться…

–  О, а камень светится даже в темноте!
– оглядевшись по сторонам, удивленно заметил государь.
– Красиво то как!
– Звезды над головой… Приближающийся рассвет… И в свете утренней зари на Элион сниходят Ангелы… Вина мне! Быстро!!!

–  Около вашего трона все готово и ждет!
– поклонившись, отрапортовал иерарх и, дождавшись благодарного похлопывания по щеке, растаял.